Ангел тьмы

Меня мутило от жары и дурных запахов. Все мои кольца и колье казались тяжелой ношей.

— Трой дал мне столько денег, что их вполне хватит на оплату твоей учебы в колледже, — нерешительно сказала я. — Ты не должен отказываться от собственной мечты ради того, чтобы отец мог осуществить свою.

Том покраснел и насупился.

— Ты не понимаешь, Хевенли, — тяжело вздохнул брат. — Я пытался поступить в колледж, но провалился на экзаменах. Я знал, что моим мечтам не суждено сбыться. Я всего лишь хотел сделать тебе приятное. Продолжай учиться, получай свой диплом и забудь обо мне.

Моя жизнь мне нравится. А когда мы с отцом накопим достаточно денег, чтобы выкупить цирк, и станем его хозяевами, наша с ним жизнь станет еще лучше. Мы сможем выезжать на гастроли в другие города и штаты.

Я молча глядела на брата, совершенно ошеломленная тем, как быстро он отказался от своих идеалов и опустился на самое дно. Заметив мой пристальный взгляд, Том еще гуще покраснел.

— Прошу тебя, Хевен, не смотри на меня так, — смущенно попросил он.

 — У меня никогда не было таких мозгов, как у тебя, ты просто сама себя убедила, что я такой же умный. Никаких особых талантов у меня нет, а здесь я на своем месте и вполне этим доволен.

— Подожди! — воскликнула я в отчаянии. — Я дам тебе денег! Можешь распорядиться ими, как тебе будет угодно, только выберись из этой ловушки! Оставь отца, пусть он живет как хочет!

— Замолчи, прошу тебя, — зашептал Том, оглядываясь по сторонам. — Отец может случайно тебя услышать, вон он стоит возле кухонной палатки.

Я долго вглядывалась в крепкую фигуру высокого мускулистого мужчины с аккуратно уложенными черными волосами, в белой сорочке свободного покроя, вроде тех, что нравились Трою, и в выцветших джинсах, плотно облегающих его ноги, прежде чем узнала в этом человеке собственного папашу!

Он выглядел чище, свежее и здоровее, чем когда-либо, и совершенно не постарел с тех пор, когда я его в последний раз видела. Сейчас он разговаривал с забавным седым толстяком в красной рубахе, отдавая какие-то распоряжения.

Покосившись на Тома, недовольный, что его сын прохлаждается с какой-то девицей, вместо того чтобы кормить зверей, отец скользнул по мне довольно безразличным взглядом мужчины, не интересующегося юными девицами, и, явно не узнав меня, сдержанно кивнул Тому, затем вновь обернулся к человеку в красной рубашке.

— Это нынешний хозяин цирка, мистер Уинден-баррон, — шепотом сообщил мне Том. — Он когда-то работал клоуном в труппе знаменитых братьев Ринглинг.