— Тебя прогнал отец?
— Люк славный парень, он на такое не способен.
Рядом с дедушкой я почувствовала себя уверенней. Он не предал меня, как Кейт и Наша Джейн. Вероятно, это Том сказал ему, что я направляюсь в Уиннерроу, и старик решил морально поддержать меня. А деньги, скорее всего, взял себе папаша.
Все собравшиеся в церкви обернулись и смотрели на нас, кто-то делая большие возмущенные глаза, а кто-то приложив к губам палец, так что дедушка от смущения согнулся в три погибели, готовый провалиться сквозь землю.
— Сиди прямо! — прошипела я, толкнув его локтем в бок. — Не унижайся и ничего не бойся! — Но дедушка остался в той же неудобной позе, прикрывшись, как щитом, соломенной шляпой.
Преподобный Вайс строго взирал на меня с подиума. Нас разделяло расстояние примерно в двадцать шагов, но все же мне показалось, что в его взгляде я заметила предостережение.
Ровным, задушевным голосом, проникнутым удивительной внутренней притягательной силой, он наконец произнес:
— Прошла зима.
На смену ей пришла и быстро ушла весна. И вот опять для нас наступило лето, а вскоре и осень раскрасит своими яркими красками деревья, а потом снова повалит снег. И я спрашиваю: каковы же наши достижения? Добились ли мы успехов или остались в убытке? Известно, что человек обречен на страдания и грехи со дня своего рождения, тем не менее Господь был к нам настолько милостив, что пока сохранил нам жизнь. И потому мы продолжаем смеяться и плакать, болеть и выздоравливать.
Некоторые из нас продлили свой род, другие потеряли близких и любимых, но такова воля Божья: давать и отбирать, чередовать утраты с приобретениями, восстанавливать и разрушать по прихоти природы. Но как бы ни был труден наш жизненный путь, в какую бы стремнину испытаний и страданий ни ввергала нас судьба, поток Его бесконечной любви к нам всегда нас вновь выносит в ровное и спокойное течение реки жизни, чтобы мы имели возможность возрадоваться и воздать Ему нашу хвалу, собравшись, как сегодня, в молельном доме, невзирая на таящиеся вокруг нас смерть и предстоящие нам завтра новые перипетии, от которых не дано уклониться.
На все воля Господня, он благословляет и карает нас одному Ему ведомыми путями. Нет страшнее греха, чем убийство, но не менее тяжкий грех — копить в сердце своем злобу и ненависть и судить о чужих делах, не зная всех обстоятельств.
