Ангел тьмы

Я мечтаю закончить среднюю школу и продолжить образование в престижном колледже, что позволит мне гордиться собой. Мне это чрезвычайно необходимо — гордиться собой. Однажды я намерена вернуться в Уиннерроу и продемонстрировать всем, чего сумела добиться в жизни бедная девочка. Но хочу сказать вам: даже ради всего этого я не пожертвую своей честью и своими личными правами.

Он улыбнулся, словно упоминание о чести и личных правах позабавило его.

— Рад слышать, что ты не забываешь о столь важных вещах, — произнес Тони.

 — Хотя я и не сомневался в этом, читая по глазам твои мысли. И все же готов дать тебе многое, потребовав взамен лишь одного — послушания.

— Мне кажется, что за этим требованием скрывается и масса других вещей, — предположила я.

— Да, возможно, ты права, — с приятной улыбкой согласился мужчина. — Видишь ли, мы с женой пользуемся значительным влиянием в своем кругу, и мне не хотелось бы, чтобы наша репутация оказалась подмоченной. Здесь могут появиться некоторые из наших родственников, чье присутствие, возможно, смутит тебя.

Насколько я понял, ты не в ладах со своим отцом, однако заботишься о нем, как и о дедушке. Ты быстро осваиваешься в незнакомой обстановке, и я предполагаю, что вскоре ты будешь себя чувствовать в Бостоне свободнее, чем я, его уроженец. Но я прошу тебя никогда не приглашать к нам своих родственников или друзей из Западной Виргинии. Ты поняла меня? Никогда!

О, это было уже слишком! В своих требованиях Тони зашел чересчур далеко. Я собиралась раскрыть ему всю правду, не теперь, конечно, позже, когда завоюю его доверие и получу покровительство.

Я расскажу ему про ту ужасную осень, когда у Сары родился мертвый ребенок-урод, потому что папаша заболел сифилисом, ту осень, когда умерла бабушка и Сара уехала от нас, оставив на меня своих четверых детей. Расскажу, как мы потом зимой мерзли и голодали в нашей горной лачуге и как отец продал нас всех пятерых по пятьсот долларов за душу чужим людям, которые измывались над нами. Так как же теперь, после запрета Тони, я приглашу к себе Тома, или Фанни, или Кейта с Нашей Джейн, если мне удастся их разыскать?

— Да, Хевен Ли, — продолжал Энтони.

 — Я настаиваю на том, чтобы ты оборвала все свои семейные связи, забыла Кастилов и стала, как положено было бы и твоей покойной матери, одной из Таттертонов. Жаль, что она убежала от нас. Ли прислала нам всего лишь одно письмо! Тебе никто не говорил, почему она не писала домой?

Мои нервы начали сдавать.