Ангел тьмы

От волос резко пахло шампунем, а кожа на руках даже покраснела от того, что ее терли со страшной силой губкой. Пру смерила меня ледяным взглядом, и все девочки сразу притихли.

— О’кей, — сказала она. — Я доказала, что это можно сделать. Теперь твоя очередь.

— Да наплевать мне на ваш клуб! — с тем же холодным высокомерием ответила я. — Шутки шутками, но не следует и забывать о благоразумии и правилах хорошего тона. Опасные, оскорбительные и унижающие достоинство человека розыгрыши лишь свидетельствуют о вашей невоспитанности и дурном вкусе.

Лично я предпочитаю идти своим путем, а вы все живите как знаете.

Девушки молча уставились на меня, онемев от изумления, но в холодном взгляде Пру Каррауэй промелькнуло и нечто иное: облегчение — поскольку я не сделала из нее посмешище, и мстительная злоба, потому что в ее отсутствие мне удалось обрести нескольких подруг.

Итак, в Уинтерхевен я не стала одной из избранных, но большинство девушек примирились с моей самостоятельностью и независимостью, хотя я и отстаивала право быть самой собой несколько робко и нерешительно.

Подсознательно я прибегла к той же уловке, что и в Уиллисе и в Уиннерроу: прикинулась безразличной ко всем нападкам и интригам. Главным для меня было оказаться там, куда так долго стремилась, остальное уже не имело значения.

Когда на другой день Трой позвонил мне и спросил, как прошел вечер танцев, я сказала ему, что надо мной зло подшутили, но не осмелилась рассказать о подробностях розыгрыша.

— Надеюсь, ты не пострадала? — озабоченно поинтересовался он.

 — Я слышал, что девочки из Уинтерхевен порой ведут себя довольно жестоко по отношению к новеньким, особенно если те не принадлежат к их кругу.

— Мне думается, — бесстрастным тоном ответила я, — на сей раз палка для них оказалась о двух концах.

Джиллиан и Тони вернулись из Калифорнии уже в следующую пятницу, раньше, чем намечали, полные предпраздничных настроений. Они подарили мне новую одежду и украшения, добавив толику радости к тому душевному спокойствию, которое я обрела, сделав Троя своим тайным другом.

Одна лишь мысль о том, что он рядом, в своем маленьком домике, и в конце недели я смогу снова увидеться с ним, ободряла меня и вселяла в мое сердце уверенность. Правда, порой у меня возникало подозрение, что я вовсе не желанная гостья для Троя, а всего лишь обуза, отвлекающая его от насущных дел. И что, не будь он по натуре таким любезным и отзывчивым, давно бы уже отмахнулся от моих проблем и отверг меня.