Всегда уверена, что знает все лучше всех. Делает она много и хорошо, но не дай Бог сказать ей об этом.
— Я буду скучать по ней, когда мы уедем с Брэдфордом. А по тебе — и того больше, Ханна!
— Сейчас не время думать об этом, дитя мое, — бодро сказала Ханна. — Ты вернешься и снова увидишь старую Ханну. А теперь повернись и дай мне посмотреть на тебя.
Анджела повиновалась, затем подошла к большому — в полный рост — зеркалу.
— Ты и впрямь ангел во плоти, как тебя называет хозяин Брэд. Никогда не видела ни одной леди красивей тебя, дитя мое!
— Это просто платье такое.
Любая женщина в таком платье покажется красавицей.
— Это ты так считаешь.
Платье было изумительное. Благодаря прозрачному темно-красному органди поверх синего шелка платье казалось фиолетовым и великолепно гармонировало с цветом ее глаз. Глубокое декольте было отделано узкой красной шелковой тесьмой. Рукава плотно облегали руки, складки сзади образовывали входивший в моду турнюр. Анджела отвергла предложение портнихи украсить лиф и юбку бантиками, розочками и кружевами.
Она согласилась лишь на узенькую шелковую тесьму, обозначившую линию турнюра, да на пару бантиков у начала юбки.
В ушах ее позванивали гранатовые сережки — один из многочисленных подарков Джекоба. Темно-красные заколки, удерживающие прическу, были также подарены Джекобом. Два локона на висках и девять тугих, спадающих на шею завитков делали Анджелу поистине очаровательной.
Из-за низкого декольте на Анджеле было лишь одно украшение — золотая монета в отделанной гранатами оправе, подаренной Брэдфордом.
Незадолго до бала он заказал для золотой монеты еще две оправы: одну украшенную изумрудами, вторую — бриллиантами.
Брэдфорд встретил Анджелу у подножия лестницы как раз в тот момент, когда появилась первая коляска.
— Ты выглядишь потрясающе! — восторженно проговорил Брэдфорд. Он взял ее за руку, в глазах его светилась гордость.
— Так уж и потрясающе?
— Тебе, должно быть, надоело мое восхищение твоей красотой. Существует множество слов, чтобы выразить это чувство, и «потрясающе» — одно из них.
Анджела счастливо засмеялась:
— Если ты так считаешь, любовь моя, мне остается лишь радоваться!
— Как это мило! — раздался сзади голос Кристал. В нем слышались нотки сарказма и явное презрение. — Стало быть, «любовь моя»? А я-то думала, что ты расставила силки для моего брата. Но Брэдфорд — добыча покрупнее, не так ли, Анджела? Ведь он наследник владений, которые намного превосходят «Тени».
Анджела не ответила.
