— И будь уверена, я больше не отпущу тебя! Никогда, Ангел! — заключил Брэдфорд, и она почувствовала себя самой счастливой женщиной на всем белом свете. Они снова затеяли любовную игру, на сей раз озорную и страстную.
Они проговорили всю ночь, узнавая много нового друг о друге и сожалея о том, что так долго были в разлуке. Наконец Анджела уснула в объятиях Брэдфорда… А может, она спала с самого начала? Неужто все, что ей сейчас вспомнилось, происходило в действительности?
— Бог мой, мисси, я не помню, чтобы ты спала так долго! Уже почти час, и все давно позавтракали, — сказала Ханна, входя в затемненную комнату.
— Господи! Что же это Евлалия не разбудила меня? — спросила Анджела, широко раскрыв от удивления и без того огромные фиолетовые глаза.
Ханна весело хмыкнула:
— Хозяин Брэдфорд прогнал ее. И меня тоже. Сказал, что он допоздна разговаривал с тобой о прошлых временах и что тебе надо выспаться. Пусть спит, говорит, пока не проснется сама.
— Он в самом деле так сказал? — взволнованно спросила Анджела.
— Да, мисси, так и сказал.
— Ой, Ханна, я так люблю тебя! Воскликнула Анджела и обняла пожилую женщину.
— Я тоже тебя люблю, дитя мое, ты ведь знаешь. И я вижу, какая ты счастливая сегодня, как новорожденный младенец. Это хорошо, это славно! Твои мечты, похоже, сбываются…
— Да, Ханна, да! Определенно, да! А где Брэдфорд сейчас? Он внизу?
— Он в столовой, пьет кофе; — ответила Ханна, раздвигая шторы. — Он ждет, когда ты спустишься и позавтракаешь с ним.
— Почему же ты сразу не сказала? — воскликнула Анджела и бросилась к большому гардеробу. Она достала кремовое хлопчатобумажное платье.
— Не спеши так, дитя мое. Этот человек никуда не убежит.
Для разнообразия Анджела выпустила золотую монету поверх платья и надела золотые висячие сережки, гармонирующие с кулоном. Но тратить время на прическу она не желала и лишь с помощью бархатной ленточки подобрала волосы сзади, позволив им рассыпаться по плечам и спине золотисто-коричневым каскадом.
Анджела торопливо сбежала по лестнице, с трудом заставив себя под конец замедлить шаг, чтобы с достойным видом войти в столовую. У Анджелы перехватило дыхание, и она почувствовала слабость в ногах, когда увидела, какой радостной улыбкой встретил ее появление Брэдфорд. Он встал, подошел к ней, обнял и поцеловал. Затем сжал ее так крепко, что ей стало трудно дышать. Наконец он оторвал губы от ее рта, но из объятий так и не выпустил.
