— Ты имеешь в виду Гранта?
— Да, черт возьми! — рявкнул Брэдфорд, резко повернувшись к Анджеле. — Я вижу, как он смотрит на тебя, и замечаю, что тебе он вовсе не безразличен! Ведь ты находишь его привлекательным, не так ли?
— Да, и это объективно, — с беглой улыбкой ответила Анджела. — На Гранта приятно смотреть, но мое сердце уже занято.
— Разве?
— Ревнивец! — засмеялась она.
— Да, черт возьми!
— Брэдфорд, неужели ты мне не веришь? Ведь я люблю тебя целых десять лет!
— Я не могу забыть, как ты сбежала от меня.
Анджела улыбнулась:
— Ты должен помнить, что сбежала я от тебя лишь один раз, да и то потому, что должна была возвращаться в пансион.
Она тихо подошла к нему и обвила его шею руками.
— Больше я никогда не покину тебя, Брэдфорд, — ласково сказала Анджела. — Я люблю только тебя — и никого другого."
"— Но ты никогда не имела дела с другими мужчинами. Откуда мне знать, что твое сердце не дрогнет в объятиях другого? Вдруг другой мужчина сможет доставить тебе большее удовольствие, чем я.
— Перестань, Брэдфорд Мейтленд! Ты говоришь о чувственности, а я говорю о любви, — строго сказала Анджела, но при этом нежно коснулась губами его губ.
Брэдфорд почувствовал явное облегчение и засмеялся, затем поднял ее на руки и понес на кровать.
На обширной кровати Анджелы не было места для гнева или ревности, здесь царила любовь.
Брэдфорд медленно раздел ее, не отводя взгляда от ее глаз, и уже одно это приводило Анджелу в возбуждение. Ей хотелось, чтобы он поторопился, она не могла дождаться, когда он покроет ее своим телом.
Но Брэдфорд не спешил. Кажется, сегодня он был намерен извлекать удовольствие из каждого мгновения и каждого нюанса их любовного свидания.
Наконец все предметы одежды оказались в углу кровати, а обнаженные любовники бросились друг другу в объятия. Анджела трепетала от каждого прикосновения, а касался он ее везде.
Нежно поглаживая ладонями девичьи груди, он продолжал любовно смотреть на нее, затем встрепенулся и стал сосать сперва одну, потом другую маковку упругих атласных полушарий.
"" — Брэдфорд, ты хочешь свести меня с ума? — в изнеможении прошептала Анджела.
Он поднял голову и прикоснулся губами к ее губам.
— Почему ты так говоришь. Ангел?
Она увидела, как возбужденно блестят его глаза. Ей захотелось вскрикнуть, но вместо этого она руками обхватила его голову и притянула его тубы к своим.
Брэдфорд едва ли не физически ощущал, как нарастает в ней желание, и это привело его в восторг.
