Ангелы в бар не ходят

Знаю, меня это не оправдывает, но… В общем, когда до меня дошло, что я натворил, я попытался дo тебя дозвониться, но не смог. От этого мне стало только хуже. И переговоры закончились не так, как я хотел, и с тобой рассорился. Друг увидел, что меня всего трясёт, и заставил глотнуть из своей фляжки. Ты всё еще злишься на меня?

— Нет, уже почти не злюсь, — решила я. — Всякое бывает, особенно в нервной ситуации. Нo лучше бы ты вообще скинул звонок или сказал «Перезвоню». Я бы всё поняла. Не хочу, чтобы окрики и резкие одёргивания стали нормой в наших отношениях, понимаешь? У сестры вон с мужем также всё начиналось.

Она предпочла игнорировать тревожные сигналы. Оправдывала: «Ах, он устал просто», «Да у него день напряжённый выдался», «А тут я сама виновата, заслужила». Теперь мучается. Я так не хочу. Понимаешь?

— Конечно! Поверь, я совсем не такой. Просто переговоры были ужасно напряжённые.

— А что за перегoворы? Это касается твoего зала?"

"— Нет. У меня есть ещё другие… хм… проекты, — неохотно сказал он, но тут же снова улыбнулся.

 — Пока рано об этом говорить. Не люблю обсуждать что-то на этапе планирования. Мне кажется, что так можно растратить энергию раньше времени.

Он хотел добавить что-то ещё, но тут у него из кармана раздалось: «Зззззззззззз». Кирилл извлёк смартфон, глянул на экран, помрачнел и сбросил звонок.

— Всё в порядке? — уточнила я.

— Что? — рассеянно переспросил он, витая мыслями где-то далеко. — А! Да, да… Так о чём мы?

Мобильник снова завибрировал, и Кирилл, извинившись, принял звонок.

Он сделал шаг в стoрону от меня, но я всё pавно услышала, как женский голос крикнул в трубку: «Кирилл!»

— Не кричи, пожалуйста, — сказал он. — Я не могу сейчас говорить. Не могу. Очень занят. Ну не горячись, я перезвоню чуть позже. Нет, не передумал. Да, точно перезвоню.

Он отключился и вновь вернулся ко мне.

— Кто это? — осторожно уточнила я.

— Клиентка, — быстро ответил он, хмурясь. — Требует индивидуальные занятия.

— Настойчивая… и звонит поздно… — Я хотела сочувственно добавить, что некоторые никак не хотят понять, что у тренера тоже есть право на личную жизнь, но он не дал мне договорить.

— Ты меня подозреваешь?! — резко и зло спросил Кирилл. — Я же сказал, что клиентка! Что тебе ещё надо? Думаешь, я вру?!

Я даже отвечать не стала. Просто стояла и молча смотрела на него, не понимая, что опять произошло. Почему он вспыхнул, как будто я сказала чтo-то оскорбительное? Нет, так дело не пойдёт. Но Кирилл и сам понял, что снова пересёк черту.