Управлял ими кучер, нанятый Кайлой, который знал, как проехать по столице, не привлекая внимания солдат.
Видимо, Виатор эль Теорэн был слишком уж уверен в своих силах. Вокруг Анлафа не имелось укреплений.
Город ещё строился, расширялся. Повсюду находились рабочие – многие местные, другие – пленные маары. Недаром кочевники так остро реагировали на присутствие чужаков на своих территориях. По дороге мчались повозки, перевозившие песок, известняк, по окраине рабы тащили на верёвках каменные блоки. Стоял грохот, пыль поднималась из-под колёс проезжающих карет.
"
"Вскоре они выехали в район города, где в основном находились дома дворян. Эта часть Анлафа была выстроена несколько лет назад, поэтому здесь оказалось гораздо тише. Карета подъехала к особняку на окраине. Остановилась.
Ника выглянула в окно, чтобы убедиться в безопасности. Увидела дом, спрятанный за парком с фонтанами, которые были выключены. Но сам парк выглядел ухоженно. К воротам вёл широкий спуск с мостовой.
Путников заметила одна из служанок, которая поспешила в дом докладывать о гостях.
Владелицей дома оказалась дочь младшей сестры княгини. Довольно разговорчивая воспитанная юная леди была не замужем. Она удивилась, получив известие из провинции от любимой тётушки. Но гостей приняла радушно, с теплом. Наверняка, девчонка была хорошей партией для кого-то из столичных аристократов – с таким-то наследством. Но изначально стало понятно, что она готова вырваться из Анлафа при первой же возможности.
Тёмные чуть вьющиеся волосы обрамляли округлое лицо.
Брови вразлёт над большими глазами фиолетового оттенка. Ростом чуть ниже Ники, она казалась маленькой, хрупкой, но в ней чувствовалась какая-то сила. По её словам, потеряв родителей, она воспитывалась до шестнадцати лет княгиней, недавно вернулась из пансиона. Сейчас же, с отъездом тётки, оказалась предоставленной самой себе. Дом, в который они попали, принадлежал её родителям и был выстроен незадолго до их гибели.
Ника передала Брине мешочек с монетами и письмо.
Девушка обрадовалась сюрпризу. Золотой запас давно закончился, и денег на содержание прислуги не было, в доме остался только кучер, выполняющий функции садовника, да одна единственная служанка, работавшая ещё у её матери. Брина не стала задавать лишних вопросов: пожелание тётки было главным, а та хотела, чтобы племянница на время поселила у себя этих людей.
Корнел остановился, с интересом рассматривая девушку. Та быстро дала указания прислуге, повернулась к мужчине.
