Анна Болейн. Страсть короля

Ничто не доставляло Анне большего удовольствия, чем затевать содержательные беседы и обмен остротами; в ее покоях формальности отставляли в сторону – она на этом настаивала. Иногда, когда Генрих освобождался от своих обязанностей, он присоединялся к этому кружку. Король приносил лютню и играл для всей компании, или танцевал с дамами, или искренне интересовался сборником любовных стихотворений, который составляли Маргарет Дуглас, Мэри Говард и Мадж Шелтон.

Когда король отсутствовал, атмосфера была более непринужденной.

Образовывались парочки: Нэн Гейнсфорд и Джордж Зуш; Френсис Деверё и кузен Анны, Генри Говард, граф Суррей, наследник Норфолка; Маргарет Дуглас и другой кузен, младший брат Норфолка, Томас Говард. Анна надеялась, что Генрих даст согласие на их браки. Это усилило бы связь ее родни с королевским двором. Она не сомневалась, что ей удастся убедить короля согласиться на союз Суррея с Френсис.

Иногда Суррей приводил своего большого друга, незаконнорожденного сына Генриха, герцога Ричмонда, высокого, долговязого юношу, похожего на отца, но лишенного отцовского шарма вследствие гордыни, взбалмошности и обиды на свой статус бастарда.

Герцог Ричмонд проявлял интерес к Мэри Говард. Анна подумала, что об этой паре тоже можно поговорить с Генрихом. Выдать замуж кузину за сына короля – это был бы последний штрих, все равно что украсить пером шляпку.

Мадж Шелтон старалась привлечь внимание Норриса, впрочем без всякого успеха. Анна подозревала, что тот приходит на эти сборища ради нее одной.

Между ними сохранялось то же не признанное ни им, ни ею взаимное влечение, но ситуация изменилась. Теперь Анна могла предаться невинному флирту с ним и другими окружавшими ее мужчинами, не забывая, однако, о том, что она жена Цезаря и должна быть безупречной. Нарастающие признаки беременности, похоже, совсем лишили ее сексуальности. Генрих продолжал каждую ночь разделять с ней ложе, но выказывал героическую сдержанность. Он ласкал ее, целовал, просил доставлять ему удовольствие с помощью рук, но не проникал в нее, боясь навредить ребенку.

Первым человеком при дворе Анны стал, разумеется, Джордж, ему она доверяла больше всех. Генрих осыпал его милостями: Джордж теперь был констеблем Дувра, смотрителем королевской своры охотничьих собак, и его часто отправляли за границу с дипломатическими поручениями. Придет время, Анна в этом не сомневалась, и Генрих дарует ему пэрство в собственном праве.