Анна Болейн. Страсть короля

– Кто-то пытается разлучить нас? – Анна почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы ярости. – Это кардинал Уолси?

– Подозреваю, что это он.

– И Гарри не вступился за нас? Я бы это сделала.

– Я не знаю, что произошло, но Гарри говорил, что хочет увидеться с епископом Лондона. Сказал, что боится делать это за спиной кардинала, чтобы не лишиться головы, но епископ, вероятно, сможет оказать ему помощь. Однако если Уолси грозил ему смертью, тут явно замешан король.

– Не обязательно, – сказала она, пытаясь разуверить себя.

И связано ли это как-то с их помолвкой?

– Он не сказал, только упомянул, что это не пошло ему на пользу, потому как епископ заявил, что он совершил тяжелый проступок. Это еще одна причина, которая заставляет меня думать, что к делу причастен король. Вы сами можете прочесть письмо Гарри. – Джеймс сунул руку под дублет, вынул оттуда смятый листок бумаги и передал Анне.

Она взяла его трясущимися руками, похолодев от страха, и прочла. Объяснений там содержалось не больше, чем передал Джеймс, но в конце была приписка:

– Что мне делать?! – с мукой в голосе воскликнула Анна. – Если за этим делом стоит король, мы пропали.

Ее поглотила бешеная ярость. Король обладал такой властью, что мог разрушить не только жизнь сестры, но и ее собственную.

Джеймс Мелтон беспомощно развел руками:

– По правде говоря, я не знаю. Вы можете спросить церемониймейстера кардинала господина Кавендиша, нет ли у него каких-нибудь сведений.

– Отвезите меня во дворец Йорк! – взмолилась Анна. – До вечера я здесь не нужна. Я должна выяснить, что произошло.

– Я не смею. Меня не должны видеть с вами. Я рискнул прийти сюда только потому, что Гарри – мой друг.

Лишь теперь Анна поняла, насколько серьезна ситуация. Проступок совершил не только Гарри.

– Понимаю, – сказала она.

– Это безумие, – предупредил ее Джеймс.

– Мне все равно! – крикнула Анна. – Мне дела нет до кардинала или короля! Я хочу получить ответ! Пусть они поймут, что никто не смеет играть в игры с Анной Болейн! – Она была вне себя.

Джеймс и сам будто обезумел:

– Ладно, госпожа Анна, я буду сопровождать вас. Но не надейтесь, что из этого безрассудства выйдет какой-нибудь толк.

Они молча сидели в барке, мимо проплывал Лондон.