Мы часто играем в вышибалы всей семьёй, это одна из моих любимых подвижных игр.
Надо ли говорить, что в школе играли без меня. И это тоже доставляло мне страдания. Но сейчас самая красивая девочка нашего класса звала меня поиграть вместе со всеми. Я так удивилась, что растерянно переспросила её: «Что?»
– Пойдём, поиграем с нами, – взмахнув длинными ресницами, с милой улыбкой повторила Горислава.
Другие девочки из нашего класса тоже подошли к нам и ждали моего ответа, украдкой поглядывая на Любомира.
– Они звали тебя играть раньше? – спросил Любомир, ласково глядя на меня.
Я молча покачала головой. Мне было уже не пять лет, и я прекрасно понимала, что здесь что-то не то. Что именно не то, доходчиво объяснил мой братик минутой позже.
– Понимаешь, Аннета, – сказал он, обняв меня за плечи и обведя высокомерным взглядом вмиг съёжившихся одноклассниц, – эти мартышки подошли сейчас не к тебе. Они решили своими тупыми мозгами, что таким образом они смогут привлечь, ни много ни мало, внимание моё.
За спинами сникших девочек раздалось хихиканье молодых лордов, моих одноклассников.
– Так что я не думаю, Анечка, – продолжил мой братик, поцеловав меня в макушку, – что эти сомнительные девицы, не умеющие скрывать свои слюни и похотливые взгляды, есть подходящее для тебя, принцессы великой империи, общество вне стен школы. Рода этих девиц также перестанут допускаться до общения с нашей семьёй за неподобающее воспитание дочерей…
Таким образом мой брат виртуозно отомстил за все презрительные взгляды в мой адрес, одним махом перекрыв доступ каждой из моих одноклассниц, а также всем членам их семей на любые торжества, проходящие в нашем дворце.
В том числе, разумеется, и на балы.
Ну что ж. Сказать, что мои одноклассницы были раздавлены морально, это ничего не сказать. Конечно, братик немного придрался к этим несчастным леди. Во всяком случае, никаких слюней лично я не видела.
Почему мои одноклассницы всё же были леди? Но ведь, конечно же, наша имперская школа была привилегированной и здесь учились только высокородные лорды и леди.
И, конечно, безнаказанно оскорбить их мог только принц, никто другой. Наверное, со стороны Любомира это было не очень хорошо по отношению к этим девочкам, которые так заворожённо взирали на него, ведь наш Любомир, по выражению прабабули, красив как смертный грех.
Они очень похожи с Алёнкой. У моего братика такие же весёлые карие глаза с золотыми искорками и вьющиеся крупными кольцами светлые волосы, отливающие золотом.
