— Любопытно, — Курбатов задумчиво побарабанил пальцами по рулю, — очень любопытно.
— В сроках я не ограничен. Никуда не тороплюсь. Не могут же они оба сидеть безвылазно в доме? Мне бы просто информацию, что, мол, они уехали из города, а дальше я сам.
— Хорошо, — принял решение Вениамин, — сообщу.
— Сколько я буду должен? — решил уточнить я. Такие вопросы желательно решать сразу.
— В зависимости от нашего участия. Там будет видно. Когда будет все известно, сядем, обдумаем. Возможно, нужно будет отвлечь охрану, организовать пути отхода и прикрытие.
Рассчитывай от пятисот рублей до трех тысяч. Устроит?
— Да. Буду ждать информацию. Спасибо.
Позавтракав в кафе на заправке, мы вскоре добрались до города.
— Особняк отойдет Ольге, но пока ты имеешь полное право жить в нем. Я бы сказал, что на данный момент именно ты хозяин. И не давай помыкать собой! — предупредил Вениамин, когда мы въехали в город.
— Не очень-то вы любите сестру деда.
— Не очень, — коротко согласился он со мной, предпочтя не развивать тему.
Заехав в ворота, мы подъехали к крыльцу. Меня удивило количество машин во дворе. Почти десяток! Вениамин уверенно поднялся по лестнице, я немного робко плелся за ним. Открыв дверь, вошли внутрь. Здесь было на удивление шумно. Сновали какие-то люди. Что-то носили, что-то переставляли.
Первой из знакомых мне попалась на глаза наша кухарка, Татьяна Леонидовна. Увидев меня, она бросилась навстречу, без отдыха причитая:
— Ах, какое горе, какое горе. Как же так. Дмитрий Александрович нас покинул.
Вы держитесь, господин, держитесь!
Обняв меня, прошептала:"
"— Приехала Ольга, но я отстояла вашу комнату. Она туда сына заселить хотела. Но застыдила я её, молодой господин, — отодвинувшись от меня, кухарка продолжила причитать:
— Ах, горе-то какое! Мы сейчас вот готовимся. Надо столы расставить, зеркала занавесить. Много гостей завтра ожидается. Часа через два будет обед, я отправлю кого-нибудь вас позвать.
В этот момент я увидел спускающуюся по лестнице с надменным видом сестру деда.
Выглядела она для своего возраста молодо. Худая, даже, сказал бы, сухощавая, в темном платье с пиджаком, на лацкане которого расположилась сверкающая бриллиантами крупная брошь. Увидев её, Татьяна Леонидовна упорхнула на кухню. Как и не было.
— Виталик, — Ольга подошла ко мне и тепло обняла, — как же ты вырос. Два года не виделись. Похорошел, — отпустив из объятий, она покрутила меня, — держись, нам всем будет не хватать Дмитрия, но жизнь продолжается.
