Надо было проверить твой контроль, — решил объяснить мужчина, — вызвать небольшой всплеск нужных веществ и гормонов для неё не составляет сложности. Приятные ощущения?
— Не уверен. А если бы я не справился? — Еще немного, и мой мозг мог бы затуманиться до такого состояния, что я бы накинулся на женщину, невзирая ни на что.
— Все предусмотрено: небольшое воздействие — и ты бы потерял сознание. Никакой опасности, — мужчина равнодушно махнул рукой.
— Понятно.
— Контроль для мага очень важен, — продолжил мужчина, — у тебя хорошо наполнено ядро, и без контроля над магией и чувствами ты можешь представлять опасность.
Помни, что ты уже не обычный человек, а личинка мага.
— Практически уровень учителя, что еще опасней, — пояснила целительница.
— Вот! При этом каналы развиты слабо, значит, возможны всплески энергии. Следи за этим и трать энергию каждый день по максимуму."
"— Гормоны нестабильны, — продолжила Екатерина Игоревна, — тут тоже без вариантов — только секс. Два-три раза в неделю. Иначе такие всплески будут происходить совершенно неожиданно и непредсказуемо.
Вот зашел ты в магазин — и набросился на продавщицу, — продолжила она своим сексуальным голосом, опять распаляя мое воображение.
— Если нет постоянной партнерши, посещай специальные места, — после этих слов мужчина встал и, подойдя, положил свою руку мне на голову, — что же, последствий от травм не вижу. Ты не замышляешь ничего во вред императору? — как бы невзначай поинтересовался он, продолжая держать на моей голове свою руку.
— Нет.
— Против соучеников? Есть ли к кому-нибудь личная неприязнь, ненависть? К какой-нибудь из княжеских семей? Желаешь ли смерти кому?
— Нет.
— Хорошо, — он сел обратно за стол, — хороший мальчик! Мы закончили, можешь идти. Сейчас зайдешь к директору — и свободен.
Больше они не обращали на меня внимания. Я молча покинул кабинет, чувствуя себя так, будто меня только что использовали, как вещь, не поинтересовавшись моим мнением. Порылись в голове, проверили лояльность. Подразнили, похлопали по плечу и отправили восвояси.
Очень неприятно, мягко говоря.
Постоял некоторое время в коридоре, прислонившись к стене и приходя в себя.
В общем, ничего страшного не произошло. Главная проблема в том, что мне на самом деле почти тридцать лет. И то, что юноша воспринял бы спокойно, меня, мягко говоря, раздражает. Что с этим делать — совершенно непонятно. Тяжело, пожив самостоятельной взрослой жизнью, снова зависеть от кого-то. А ведь впереди еще учеба.
