Аннулет. Книга 4 – Князь II

Два прелестных создания, — неожиданно его тон потеплел, а лицо разгладилось, — когда дело касается их безопасности, я готов попрать любые правила приличия!

— И каким образом я угрожаю их безопасности? — Раздражение во мне нарастало, ещё немного — и по крови побегут искорки.

— Так получилось, что летом вы спасли их от гибели. За что мне хотелось бы выразить вам свою искреннюю благодарность! — Он поклонился, замерев в этом положении дольше положенного времени.

— Любопытный способ проявлять благодарность, — слегка улыбнулся я, чувствуя, как меня начинает отпускать.

Я уже давно забыл о том случае, когда во мне впервые проявился дух водной стихии.

— Вы ушли, не попрощавшись. Мои люди искали вас, но не добились успеха, а потом Лизонька узнала вас, увидела по телевизору. Я очень удивился. Глупо прятаться и при этом сниматься в музыкальных клипах. После этого мы стали собирать информацию о вас, но не нашли ничего примечательного. Никаких связей с нашими врагами. Обычная провинциальная жизнь простого дворянина.

Только вот кое-что не вязалось в вашем образе, — он уставился на меня.

— И что же? — Меня увлекло его неторопливое повествование. Было любопытно, к каким выводам они с аналитиками в итоге пришли.

— Моё поместье защищено полем алтаря. Он очень силён, и его защитное поле накрывает большую часть парка, включая ворота. Ну не мог простой дворянчик пройти сквозь подобную защиту!

— Даже не заметил, — тихо произнёс я себе под нос, правда, Чернышев явно разобрал мои слова. Но я и вправду не помню никакого защитного поля.

Ну, ворота были с гербом, я тогда не обратил на это внимания, ещё не разбираясь в местных реалиях. Возможно, и поле было, но я о нём не знал и в задумчивости мог пройти, даже не обратив никакого внимания.

— Да, мы по камерам посмотрели, как вы, размышляя о чём-то, просто прошли в открытые ворота. Оставался вопрос: как это возможно и зачем? В случайности я уже давно не верю…

— Но всё же они, похоже, случаются, — улыбнулся я.

— Поэтому вы должны понять моё излишнее внимание к вашей персоне, — продолжал Степан Георгиевич, не реагируя на мои слова, — должен сказать, вы поставили нас в тупик.

А это очень непросто сделать! — Он произнёс это таким тоном, что на мгновение я почувствовал себя виноватым, но тут же одёрнул себя: какого фига? Я-то тут при чём?

— И только пару недель назад всё стало на свои места. Не могу сказать, что подозрения развеялись окончательно, но многое стало понятно. Вы — паладин Аннулета. И уже тогда им являлись.