— Он такой старый! Фу!
— Невежливо так говорить, — прервал её я, — ты что, не знала, что ему уже очень много лет?
— Я общаюсь с ним в его сознании, когда оно максимально открыто. Прихожу в его сны. Там он не так выглядит!
— Похоже, даже когда тебе за сотню лет, в мыслях ты по-прежнему не дряхлый старец, а удалой молодец! — улыбнулся я про себя.
— Ладно… — задумчиво протянула Афродита, — а если я в мыслях выгляжу на двадцать пять, почему ты видишь меня десятилетней? — Я снова ощутил, как она обиженно засопела.
— Я уже говорил: возможно, причина в том, что ты ведёшь себя, как маленькая? Многие маленькие дети мечтают выглядеть взрослее, но это не меняет их сути…
— Ладно… — Чувствую, это её любимое слово. Подозреваю, Афродита совершит ещё множество открытий в реальном мире, которые поставят её в тупик.
— Виталий? — заметив, что я задумался, напомнил о себе великий князь. — Я напоминаю вам: мне не хотелось бы, чтобы кто-то узнал о том, что вы посещали наш родовой алтарь! — Я отлично уловил нотки угрозы в его голосе.
— Мы договаривались, — ответил я ему спокойно, — я сохраню это в тайне.
— Отлично. Я отправляюсь на завтрак. Через пару минут мажордом проводит вас! — Великий князь не спеша покинул комнату, оставив меня одного.
У меня появилось время пройтись по кабинету, который был оформлен в тёмных тонах. Несмотря на то, что мой проводник рассказывал, мол, здание теперь современное, здесь всё так и дышало стариной.
Начиная от тяжёлых гардин, прикрывавших окно, и заканчивая деревянным потемневшим от старости столом и обитыми бархатом стульями."
"На столе стояла чернильница и лежали перьевые ручки. Не очень-то это вязалось с любовью к прогрессу Владимира Николаевича. А вот высокий камин, расположенный в углу, действительно являлся настоящим произведением искусства. Он был декорирован плитками, каждая из которых явно расписывалась вручную.
Я даже подошёл поближе — полюбоваться этой красотой. Преобладали европейские сюжеты из Средневековья. Какие-то рыцари на лошадях, высокие готические замки. Каждая плитка — отдельная картина.
— Кх-кх, — за моей спиной раздалось тихое покашливание.
— Ваша светлость, позвольте сопроводить вас на завтрак! — обратился ко мне высокий мужчина в ливрее, как только я обернулся.
