Кроме того, я купил свежего хлеба, пирогов и копченый окорок. С помощью Роджера и носильщика из продовольственного лабаза доставив все на корабль, сдал на хранение корабельному коку. Кроме хереса и пирогов, конечно. Мы стояли на палубе с кучером, когда прозвучала команда убрать трап. Роджер кинул на меня быстрый взгляд и, незаметно получив тугой мешочек с деньгами, оставшуюся часть оговоренного гонорара за доставку, спрыгнул на каменный причал пирса.
– Удачи, сэр! – крикнул он, стараясь перекричать скрип такелажа и команды одного из офицеров корабля.
– Тебе тоже, – махнул я рукой.
С помощью большой шлюпки с десятком гребцов, исполнявшей роль буксира, бриг отвели от причала, на это место тут же поспешила встать шхуна. После отхода, поставив несколько парусов и пользуясь отливом, «Святая Анна» заскользила по глади местных вод к выходу из порта.
Я продолжал стоять на палубе, пристально наблюдая за пирсом, от которого мы только что отошли. Коренастая фигура Роджера довольно долго виднелась на берегу, но вот она направилась к карете, после чего та исчезла среди многочисленных улиц Бристоля.
Спустя три часа, поставив все паруса, наш корабль стал нагонять конвой, пятна парусов которого были видны на горизонте. Капитан ругался – мы не успели всего на пару часов.
– Мы догоним их завтра ближе к обеду, сэр, – сказал мне капитан, заметив, что я остался на палубе, с интересом наблюдая за работой спаянной команды. – Вы можете пройти в каюту. Кок сообщил, что сегодня на обед будут свиные ребрышки под испанским соусом.
Я пришлю вестового через час, когда он будет готов.
– Спасибо, капитан, – вспомнив о мешочке с гильзами, я подошел к фальшборту и выкинул его за борт, после чего спустился к своей каюте.
При заселении и оплате каюты я, естественно, предъявил свои документы, как дворянина, так и проездные. Подозрений они у Мэтью не вызвали, а таможня уже проверила корабль и выдала разрешение на отплытие. Так что тут мне повезло. Главное, чтобы белая полоса не кончалась, хотя мне тут больше подходит другая поговорка: «Мне плевать на чёрную и белую полосу.
Я иду по своей – по фиолетовой».
Закрыв за собой дверь, я посмотрел в сторону сундуков. Нужно будет переодеться в местную одежду и приготовиться к обеду. Как я понял, там меня и познакомят с немногочисленными пассажирами и с другими офицерами корабля.
Как капитан и говорил, мы догнали караван из шестнадцати кораблей на следующий день. Правда, ближе к вечеру, все-таки большая часть из них были военные транспорты.
