Решив не удаляться от портала далеко, я поставил парус и, пользуясь свежим бризом, отвел баркас на пару километров за портал, причем так, чтобы продрейфовать в паре сотен метров от него.
Портал так и остался большим. Он теперь будет очень медленно сужаться, скорее всего, даже до месяца, так что я мог в случае опасности уйти в него обратно. Когда сканер зарядился, я вышел на волну, не прослушиваемую американцами, и в течение получаса говорил кодовые слова со своим примерным местоположением. На сегодня этого хватит, а завтра можно попробовать выйти на другой частоте, уже местной.
"
"Перед самой темнотой неподалеку пролетел гидросамолёт, сделав надо мной круг, он приветливо покачал крыльями и направился к земле. Картина для пилота была мирная – деревянный баркас, но это тут обычное дело, разве что странная постройка – на корме рыбак с удилищем. В общем, ничем не примечательная сцена. Да еще мне повезло выудить на глазах у пилота крупную восьмикилограммовую рыбину. Поэтому меня не обеспокоил пролет самолета, хотя что-то шевельнулось в душе.
Я еще вслед ему помахал, а вот утром пожалел, что не прислушался к своим предчувствиям. Когда услышал ровный перестук моторов где-то рядом.
Суетливо вскочив с койки, я стал быстро одеваться. Проще говоря, накинул рубаху и, будучи в одних кальсонах, вышел на палубу. Было тепло. Да что там, я вчера искупался у баркаса. Вода была холодной, зима же, но не ледяной, терпеть можно.
Вылез из каюты сразу, причем демонстративно неторопливо, чтобы положить у левого борта разгрузку и заряженный «Брен».
Поняв, кто ко мне явился, я только зашипел со злости, но сразу же улыбнулся и помахал рукой любопытным морякам, стоявшим у лееров катера. Некоторые ответили.
Да, ко мне с левого борта подходил американский большой сторожевой катер береговой охраны. Ну, это как наши пограничники.
Катер имел длину метров на двенадцать – пятнадцать больше, чем «Варяг», высокую рубку, перед ней была башня орудия калибром около семидесяти миллиметров. На полупустой корме стояла расчехленная спаренная зенитная артустановка, в которой я с изумлением узнал «Эрликон», а на рубке было по два спаренных зенитных крупнокалиберных пулемета, справа и слева.
Возле пулемётов был виден офицер в бежевой форме с фуражкой, рядом рулевой. У лееров стояло одиннадцать любопытных моряков. Вооруженных пистолетами было только трое. Когда офицер, что находился на рубке, спустился на палубу, я рассмотрел желтую закрытую кобуру у него на боку.
