– А помощи вы какой ждете?
– Жду пока придет мой мч с лестницей.
Пара о чем-то тихо переговаривается, я же снова молюсь о том, чтобы поскорее вернулся Сережа.
– Девушка, а где он лестницу возьмет? – не унимается женщина.
– Я послала его в ближайший дом на горе. Он скоро должен вернуться.
– И как давно вы на дереве?
– Кажется, пару суток. А на деле минут пятнадцать. Но все гуд. Люблю смотреть на всех свысока. В смысле, деревья люблю.
– Девушка. А вы уверены, что ваш парень вас не кинул?
– Нет. Он, конечно, та еще скотина, но не полный мудак.
Он вернется. Не волнуйтесь. Идите куда-нибудь правее или левее. Но не голышом. О, а вот и он, – чуть ли не визжа от радости произношу я, смотря на Потапова. Черт, без лестницы. И вид у него такой, как будто ему несуществующую лестницу засунули в одно место. При этом он смотрит ошалело не на меня, а на мужчину и женщину.
– Вы что тут делаете? – переводит взгляд с одного на другого непрошенных гостей.
– И тебе привет, сыночка, – улыбаясь произносит женщина.
Что?! Сыночка? Серьезно?! – А мы в санаторий приехали. Вот по лесу гуляем, вино будем сейчас пить.
– Матерь Божья, не гей! – радостно произносит…папа Потапова. Ну это полный капец!
Глава 41
Глава 41
Мало того, что назвала их сына скотиной, так еще и полуголая в обнимку с деревом. Деревом, черт возьми! Только сейчас до меня доходит, что я по-прежнему на дереве, а Потапов вернулся без всего.
– Капец. Где, блин, лестница?
– Дом закрыт. Стало быть, хрен, а не лестница.
Давай отцепляйся от дерева и прыгай. Я тебя поймаю, – это он сейчас серьезно?
– Нет! Не могу! – истерично произношу я, крепче вжимаясь в дерево.
– Эля, мать твою. Прыгай! Сказал, поймаю, значит, поймаю. Не бойся.
– Ты так же говорил про насекомых, когда ставил палатку. А в итоге у меня кто-то оказался в трусах. Ты так же говорил, что здесь нет людей, а я полуголая перед твоими родителями. Я тебя убью.
– Ты сначала с дерева слезь, – логично. Грохнуть его на дереве будет проблематично.
– Прыгай!
А ведь еще недавно я думала, что попасться на глаза наркоторговцам и дальнейший побег от них – мое самое страшное событие. Ан нет. Вот она вишенка на торте. Даже не знаю, что хуже – прыгнуть на Потапова и разбить себе что-нибудь или прыгнуть удачно и потом позориться перед его родителями.
Первое, пожалуй, предпочтительнее, ибо там остается шанс потерять сознание. Перевожу взгляд вниз и меня начинает снова подташнивать. Нет, я не смогу.
