– Что?
– У вас сколько выписывается пациентов?
– Двое.
– Очень мало. К концу дня жду как минимум троих, – в переводе на русский – не пялься куда не надо. Иди на хер, Настенька. – Мы с таким успехом не выполним план, коллеги.
– Выполним, Анастасия Игоревна. Не переживайте.
Переживать надо тебе, конопатая. Только я произнес это мысленно, как мы столкнулись с ней взглядами. Иди сюда, рыжая. Только шею не сверни.
– Доброе утро, – ставит рядом со мной на диван свою сумку, судя по габаритам, превосходящую ее саму в размерах, и усаживается рядом, положив ногу на ногу.
И все-таки не каблуки, а танкетка. Ну что ж, мозг атрофировался не до конца. Отпивает кофе из стаканчика и ставит его на стол.
Ощущение такое, словно эта наглая девка вышла из салона красоты, а не тряслась в душном и потном метро. Распущенные волосы выглядят идеально. Волосок к волоску.
– Ты опоздала.
– Не совсем. Рабочий день начинается в девять. Я пришла ровно в девять. Я не виновата, что пятиминутка началась без пяти девять.
– Ты опоздала, – повторяю, не отводя взгляда от ее обуви.
– У меня есть уважительная причина.
– Какая?
– Я заходила в нашу часовню, поставила свечку за ваш упокой. За здравие в смысле. Ладно, ладно, шучу, никуда я не заходила. Я решила вас отблагодарить и приготовить вам что-нибудь вкусное, чтобы поднять настроение, и чтобы вы поменьше меня сношали. В смысле, поменьше мне мозги трахали, – перевожу взгляд на ее лицо.
– И что ты мне приготовила?
– Свои фирменные гнезда, – вот тебе и благодарность.
Только этого говна мне еще не хватало.
– Ты что-нибудь умеешь готовить, кроме плова из семи залуп и гнездосрулей?
– Омлет.
Забираю коробку из ее рук и как только открываю ее, взгляд тут же падает на эмблему известной пекарни.
– Ну ладно, это не я готовила, а зашла в пекарню и купила вам булочки со сливками.
– Серьезно думаешь, что я буду есть в тридцатиградусную жару булочки со сливками?
– А почему нет? Они же из холодильника. Ну, не хотите – не надо, я сама съем. Говорят, сладкое заменяет секс, мне кажется, вам оно нужнее.
– Мне? – скрыть удивление в голосе не удается.
– Ну да. У вас явно его не хватает.
– Сказала ппп девственница.
– Ппп? Ааа. Пуританка, пескетарианка и пиз….да, поняла. А тут все просто, Сергей Александрович. Кто не пробовал – не страдает от его отсутствия, а вы явно хорошо практиковали, но сейчас налицо застой в чреслах, иначе вы бы так не придирались ко всем.
– Чреслах?
– Ага. Пусть будет литературно.
