– Выбирай, что тебе больше нравится. Но оба варианта жизнеспособны, – вот же скотина.
– Пафнутий, ко мне!
– Фух, – облегченно выдыхаю, когда понимаю, что собаку забирает хозяйка.
– Пойдем.
– Куда? Там же лестница.
– Туда идут те, у кого есть билеты, а у нас их нет.
– И куда ты меня ведешь?
– К концу перрона, где нет ограждения. Мы с него спрыгнем и минуем проверку, – этого мне еще не хватало.
– Супер. Только я не умею прыгать. И вообще боюсь высоты.
– Я разве интересовался тем, что ты умеешь и чего боишься?
– Хамло.
– Рот закрой. Или я тебе его реально заклею скотчем.
– Ты сначала его найди. Ладно, ладно, затыкаюсь.
Но молчать долго у меня не получается. Потапов легко спрыгивает с перрона, а я так и стою с кислой миной.
– Ты это специально, да?
– Что?
– Хочешь меня здесь оставить, чтобы проучить. Я не смогу прыгнуть!
– Здесь высота ни о чем. Ты прикалываешься?
– Я не могу. Мне страшно, – совершенно серьезно произношу я.
– Садись, я тебя сниму.
– Легко сказать садись. На мне трусов нет. Как, блин, сесть?
– На жопу. Я считаю до пяти и ухожу.
Черт, черт, черт! Снимаю с себя пиджак и кладу на перрон. Сажусь на коленки, а затем каким-то чудом оказываюсь на пятой точке и свешиваю ноги. Кажется, ни разу не засветив свои обнаженные нижние богатства.
Я в очередной раз оказываюсь с Потаповым в крайне тесном контакте. И мне, черт возьми, нравится, когда он меня трогает за талию. Вообще кукушка полетела.
Лечиться и еще раз лечиться. Вот кто угодно, но Потапов точно не подходит в качестве объекта для влюбленности.
От злости на саму себя хочется от души топнуть ногой. И топнула бы, будь на мне обувь. Следую за Потаповым аккурат до чьей-то машины. И стоит только хозяину авто выйти, как вопрос – кто это, отпадает сам собой.
Как-то без представлений понятно, что это брат Потапова. Не сказать, что копия, но похожи. Особенно глаза. Тоже голубые и красивые.
– Никогда не думал, что носки на девушке так сексуально смотрятся.
Даня, – протягивает мне руку, и я как дура тяну свою в ответ. Так со мной мужики еще не здоровались. Ан нет, он ее не просто жмет, он ее целует.
– Эля. Вообще у меня рука грязная.
– Обычно, чем грязнее, тем вкуснее. Так что норм. Ты где такую красоту откопал? – переводит взгляд на вечно хмурого братца. Поразительно. Ведь родные, но такие разные.
– В психиатрической больнице имени Кащенко.
