Онлайн-библиотека книг
Его создателя — Гуру Аркадия Савинова уже атаковали в две руки Арвин и Андрей Оболенский. Но это вовсе не значило, что Савинов скоро проиграет — Оболенскому приходилось параллельно сражаться со Всеволодом Годуновым — дядей Дмитрия и младшим братом Канцлера — тем самым Гуру, который присутствовал на свадьбе Арвина… Тогда ему вместе с семьёй удалось сбежать от нас во время ночного нападения.
Самого же Арвина сейчас атаковали Мастера. Как ни крути, нас меньше, чем врагов. И только я сейчас сражаюсь один на один — остальным приходится метаться между нескольких противников.
Форкх меня дери! Пора заканчивать! А то Дмитрий Годунов восстановит стихийный доспех, и…
Я ощутил, что из тела моего противника вырвался поток жи́вы. Вот ведь! Всего пары секунд ему хватило, чтобы подготовить контратаку.
Мы были уже в восьмидесяти метрах над землёй, когда я разжал пальцы, продолжая лететь ввысь.
Годунов начал падать, а огненный поток из его груди атаковал пустоту.
Эх… Почему космодесантники не сбрасывают противников с огромной высоты на землю? А потому что поднимать их опасно.
Годунов — Гуру. А до зелёной лужайки так и вовсе меньше сотни метров.
Но плюсы в его падении есть — а именно частичная потеря концентрации.
Торжественно улыбаясь, я устремился вниз, концентрируя альтеру и жи́ву вокруг правого кулака.
Нагнав его, когда до земли оставалось сорок метров, я от души врезал Годунову. Да, он защитил голову, но его левая кисть с хрустом треснула. А сам он обрёл дополнительное ускорение.
Отлично. Финальный удар будет нанесён в момент приземления.
До земли Годунову оставалось пятнадцать метров, когда я увидел его обезумевший злобный взгляд.
А дальше… он разжал пальцы правой руки, и я успел увидеть крохотный тёмно-зелёный шарик.
В следующий миг от этого шарика во все стороны хлынул тёмный газ. Но даже сквозь этот газ я видел, где находится мой враг. Он не успевал защититься, я тянулся к нему, чтобы врезать, и…
Внезапно моё тело сжалось, будто пропустив какой-то невидимый энергетический импульс. Перед глазами все поплыло. От концентрации не осталось и следа.
Я не уверен, сохранилось ли в тот момент хоть немного альтеры и жи́вы в моём кулаке.
