Онлайн-библиотека книг
Сжимая зубы, я старался ничем не выдать, насколько мне больно. Ну а что? Она — Мастер жи́вы. Мои же объёмы чуть меньше. Да, я могу сражаться с Гуру, но это благодаря альтере.
А рядом с рожающей женой я побоялся использовать энергию разрушения.
Но… Форкхово дерьмо, она так реально сломает мне руку! А моя целительница, своими техниками облегчает страдания не мне, а Соне…"
"Но всё это правильно. Так и должно быть. Главное, чтобы с мамой и малышом было все хорошо.
О, кость хрустнула?
— Уа-а-а-а!!! — громкий плач разнёсся по комнате.
В следующий миг за окном сверкнуло так ярко, будто молния ударила в паре метров.
— Ваше сиятельство, сюда! — окликнула меня акушерка.
Соня, будто услышав её, разжала пальцы. Я запомнил её взгляд в тот момент. Она смотрела на меня с тёплом, нежностью и благодарностью.
Раздался гром. Как раз в тот момент, когда мои руки ощутили тепло крохотного тельца.
А затем по моим пальцам пронеслись молнии. Золотые молнии Ауры Александритов вмиг заполонили комнату. И принадлежала эта Аура отнюдь не мне.
Моё сердце сжалось от трепета, любви и нежности, когда я увидел своего сына. Наследник рода Александрит был весь слизкий, грязный, сморщенный и ревущий, но…
Для меня в тот момент он был самым прекрасным созданием на планете. Ну… после его матери, разумеется.
Я нежно держал ревущего малыша, всё ещё связанного с Соней пуповиной. Акушерка спешно пережала её и протянула мне нож.
Я сам перерезал пуповину и прижал к себе сына.
— Добро пожаловать в наш мир, Архей Александрит, — тихо произнёс я, глядя в его небесно-голубые глаза.
Глава 9
Несколькими часами ранее
Усадьба боярского рода Хранителей, располагавшаяся на территории Московского Кремля, охранялась только проверенными людьми. Других, в принципе, не подпускали ни к Рюриковичам, ни к членам рода Годуновых. Однако произошедшее с вдовствующей императрицей и цесаревной Софьей показало, что и в непоколебимой, на первый взгляд, защите можно найти дыры. С тех пор Канцлер лично перепроверил досье каждого, кто служил на территории Кремля.
Он был на девяносто девять с половиной процентов уверен, что о его британских гостях никому не известно.
