Аномальный наследник. Том 4

Увидев нас, Тамир с достоинством проговорил:

— Аскольд Игоревич, ваше сиятельство, — он обратил учтивый взгляд на Софью. — Рады приветствовать вас в «Райских кущах». Прошу вас следовать за мной.

Мы вошли в общий зал и поднялись по широкой деревянной лестнице на второй уровень — эдакий бельэтаж, с которого открывался прекрасный вид на сцену, сейчас задёрнутую плотным занавесом.

Второй уровень по задумке должен стать местом для комфортного отдыха уважаемых гостей. Мы его разбили на шесть лож. В каждой ложе есть свой санузел, а сама ложа обставлена мягким диваном, столиком и шкафом для верхней одежды и сумок.

Сняв куртку, я жестом предложил Софье присесть на обитый красным бархатом диван.

Её Мастер, точно истукан, замер возле открытой двери ложи."

"— Ещё раз благодарю за то, что согласились сопровождать меня, Софья Антоновна, — я обозначил поклон. — С вашего позволения я оставлю вас здесь. Как я говорил, у меня назначена встреча.

Троекурова на миг нахмурилась, а затем кивнула.

— Но не беспокойтесь, Тамир не даст вам заскучать, если вам будет угодно, он может провести небольшую экскурсию по клубу.

— Благодарю, — сдержанно ответила Царица лицея.

Ну в самом деле, не при ней же мне собеседование проводить?

Глава 24

Мой персональный рабочий кабинет располагался в левом крыле нашего административного здания, на третьем этаже. «Кабинет» состоял из нескольких помещений: санузел, непосредственно сам кабинет, из которого был выход в просторный конференц-зал и приёмную.

Хм, а ведь ещё предстоит найти секретаря.

— Мне нравится, — изрёк я, осмотрев свои новые владения, и плюхнулся в удобное кожаное кресло на колёсиках.

— Приятно слышать, — кивнул Вадим, расположившись за четырёхместным «Т-образным» столом-приставкой.

Едва мы расселились, Наставнику позвонили и сообщили, что прибыл наш соискатель. Хм… на полчаса раньше. Не особо пунктуально, но рвение похвальное.

— Пусть проходит, — махнул я рукой. — Раньше начнём, раньше закончим.

Вадим отдал указания и уставился на меня со странным выражением лица.

— Мне не нравится твоя ехидная улыбка. Колись уже, что у тебя на уме?

— Ну раз вы приказываете, Господин, — с готовностью кивнул он, а затем улыбнулся ещё шире. — Я просто подумал, что вам не терпится вернуться к её сиятельству.

— Думаешь? — усмехнулся я. — Может быть… Всё-таки оставлять благовоспитанную девушку в «Райских кущах» надолго — дурной тон.

— А, по-моему, вас это забавляет.