Аномальный наследник. Том 4

Мне любезно предложили продать мою часть квартиры Лене.

— А она согласилась, вероломная сучка! — не выдержал Вадим и вдарил кулаком по столу.

Виктор благодарно посмотрел на него и криво улыбнулся.

— В общем, предложили, а если точнее, заставили продать за копейки. Так я остался без квартиры, невесты, накоплений и с долгом — денег с продажи не хватило, чтобы покрыть и треть от долга.

— Не мелочились вы с жильём, — хмыкнул я.

— Могли тогда себе позволить, надеялись на долгую счастливую семейную жизнь.

— Размер долга? — коротко спросил я.

— Без малого — пятьдесят тысяч."

"Я удивился, откровенно говоря, думал, будет ещё больше — конкретную сумму нам нищие не называли.

— Не так много для человека с хорошим доходом, — прочёл мои мысли Виктор. — Но неподъёмная сумма для того, кто разносит бумажки. Хотя справедливости ради, раньше она была больше, часть я уже выплатил.

— Ясно, — сказал я и поднялся во весь рост. — Скажи, готов ли ты вновь поверить в светлое будущее? Стремиться к нему, не оглядываясь на прошлые горести?

Мой голос звучал громко и будто бы эхом отражался от стен кабинета.

Через пять секунд он кивнул и решительно ответил:

— Готов!

— Станет ли твоя неприязнь к прошлым работодателям их вассалам и Слугам проблемой для нового работодателя? — я чуть добавил родовой ауры, но так, чтобы она не визуализировалась.

— Нет. Не станет, — уверенно мотнул головой мужчина. — Я умею разделять личное и профессиональное.

— А если работодатель вдруг станет тебе Господином? — плюхнувшись обратно в кресло и убрав ауру, спросил я.

И снова Хорькин изумлённо выпучил глаза. Форкх меня дери, страшно за мужика. Ещё немного, и лопнут у него глазки. А зачем мне слепой управляющий?

— Вы… вы это серьёзно? — наконец-то собравшись с мыслями, спросил Виктор.

— Я просто пытаюсь узнать серьёзность ваших намерений. Слуге сложнее разграничивать личное и профессиональное, нежели наёмному работнику.

— Но… прошу прощения, Аскольд Игоревич, вы же не аристократ? — неуверенно проговорил мужчина.

— Хах, — я откинулся на спинку кресла. — Пять месяцев назад я жил в бараке и работал грузчиком за копейки. А теперь у меня несколько серьёзных компаний и всего лишь два боя отделяют меня от титула чемпиона империи. Жизнь изменчива, Виктор Геннадьевич, и далеко не всегда в худшую сторону.

— Прошу меня простить, Аскольд Игоревич, — он склонил голову.