– Прости, что я не сказал тебе раньше. Это не потому, что я думал, что ты перестанешь меня любить, потому что я знал, что ты бы всё равно любила меня.
– Я всегда буду любить тебя, Фрэнки, – шепчет она, улыбаясь мне.
– Я знаю, мам, я знаю это. – Я делаю глубокий вдох. – И я люблю Джерарда.
Её улыбка становится шире.
– О, Фрэнки. Ты счастлив?
Я киваю.
Ещё один глубокий вдох.
– Я сожалею о том, что сделал с Оуэном. – Ну, это неправда. Совсем нет. Потому что в субботу вечером я сказал маме по телефону, что Оуэн и я подрались, и я ударил его кулаком в лицо.
И после этого, я отправился к Джерарду. Я никогда не говорил, что это Джерард выбил из него дерьмо. А Оуэн был слишком труслив, чтобы признаться в этом хотя бы самому себе.
И я уверен, что абсолютно не жалею об этом.
Вопить. Кричать. Ругаться. Моя мать не делает ни одну из этих вещей. Ни одну. Она встаёт и обнимает меня.
– Фрэнки, меня это не тревожит. Я знаю, что это, вероятно, делает меня ужасной матерью, но я не хочу врать тебе.
Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. И если Джерард делает тебя счастливым, то я на 100% поддерживаю тебя.
Я вспоминаю тот подслушанный разговор между Джерардом и мамой.
""Кем бы вы двое не были, у ваших отношений есть огромный потенциал сделать его счастливым. И это всё, что я хочу для Фрэнки. Всё, что я хочу, – чтобы он нашёл своё счастье, которое потерял где-то по пути. Помоги ему найти его"".
И я обнимаю свою маму, думая о тех сокровенных словах, которые я сказал Джерарду, а он сказал мне их в ответ, и понимаю, что я нашёл его.
Я был потерян, но теперь я найден.
Двуликий
Я тону, погружаюсь так глубоко и теряю контроль. Становлюсь неуправляемым, плавясь под его губами. И думаю, я даже не хочу, чтобы меня спасали.
Это действительно самое прекрасное чувство. Совершенное спокойствие. Знание того, что он любит меня, и он снимает мою рубашку и целует мою кожу так, как никогда не целовал раньше. Как будто я вернулся домой с войны, и мы наслаждаемся всеми теми простыми вещами, которые я пропустил, хотя на самом деле, я не упустил ни секунды.
Мои пальцы в его волосах. Его губы касаются моих бёдер, приближаясь к резинке боксеров. Его длинные и тонкие пальцы прикасаются и дразнят. Мой эгоизм нуждается, хочет, жаждет и горит.
Так хорошо. Так хорошо быть в огне.
Я просыпаюсь, задыхаясь в ночи. Во сне я скинул своё одеяло, так что мне теперь холодно, но в то же время я весь вспотел.
