Не позволяй никому унижать тебя и говорить, что ты ничего не стоишь, Фрэнк. Даже если у этого кого-то есть авторитет, – Стокс подходит и по-товарищески хлопает меня по спине. Как будто мы не только учитель и ученик.
Может быть, это потому, что я сейчас нахожусь в таком шоке, будто мой мозг взболтали и внутри всё перемешалось, но я на самом деле улыбаюсь ему. Затем я пожимаю ему руку и говорю: ""Увидимся в классе, мистер Стокс"", и я даже, кажется, немного горжусь собой.
У меня есть мужество. Я храбрый.
Я хотел бы рассказать об этом Джерарду.
Но я не могу рассказать Джерарду. Потому что Джерард находится в Нью-Йорке. И, возможно, я влюблён в Джерарда. Но я не могу рассказать Джерарду.
Я не могу рассказать Джерарду. Я не могу рассказать Джерарду.
***
Обязательства. Это огромное грёбаное слово. Когда я вообще в последний раз брал на себя какие-нибудь обязательства?
Когда мне было четыре или пять, мама купила мне двух золотых рыбок. Та, которая побольше, была чёрной, а не золотой, и она съела жёлтую рыбку поменьше в первую же ночь.
Я помню, что очень боялся того, что большая рыба съест и меня тоже, потому что я был таким маленьким. Тем более, ребёнком. По иронии судьбы, она умерла от голодной смерти, потому что я забыл её покормить.
Я даже не могу поручить себе уход за чёртовыми рыбками. Так как я собираюсь быть с Джерардом?
И я имею в виду не просто быть с ним, когда он оказывается в школе или моём доме. Я имею в виду, действительно быть с ним, в том числе и состоять в отношениях.
Как обязательство.
Откуда я знаю, что Джерард хочет отношений со мной?
Потому что он звонит мне.
Я помню, вчера вечером он возился с моим сотовым телефоном, пока я пытался сделать значительно увеличившееся домашнее задание. Забивал мне свой номер, фотографировал себя. Фотографировал меня.
И вот этой грёбаной ночью в 2:26, мой сотовый начинает мигать и издавать ужасающие звуки на моей тумбочке. Я резко просыпаюсь, сбитый с толку, пока моё сердце пытается вырваться из груди.
Реальность ударяет по мне, и я слепо протягиваю руку, нащупывая навязчивую часть технологий.
То, что я вижу - слова «Джи Уэй», плавающие по экрану над фотографией члена Джерарда. ""Что, блять, за хуйня?"" – произношу я про себя, прежде чем открываю крышку.
– Да? – бормочу я, прикрывая одной рукой зевок.
– Ты не спишь, Фрэнки? – спрашивает Джерард.
Может быть, я был мёртвым. Или в коме.
