— Приветствую вас, Динмухаммед Ахмедович, — начал он разговор, — последние новости слышали?
— Да уж, — со скрипом отозвался казахский лидер, — новости из разряда «хуже не придумаешь»… причем есть не слишком надежная, но тем не менее похожая на правду информация о том, что наши планы сдали две зарубежные разведки.
— Какие?
— Об этом лучше пока умолчать, — глухо отозвался Кунаев.
— Что будем делать, дорогой?
— Про запасной план думали?
— Думал, как не думать, — отозвался Алиев, — и надумал только то, что не надо больше никаких резких движений, настало время уходить в глухую оборону… тем более, что есть и одна не очень точная, но обнадеживающая новость.
— Какая? — немедленно клюнул на крючок Кунаев.
— Хозяин снимает национальный вопрос с повестки дня… на долгосрочной основе или временно, пока неясно, но что снимает — это на сто процентов точно. Ноябрьский пленум переносится на неопределенный срок.
— Это хорошая новость, — подумав, ответил Кунаев, — если она точная… тогда и точно нам надо сворачиваться и работать по традиционной методике…
— Да, а что там с исполнителями? — вспомнил о главном Алиев.
— С ними все хорошо — они ничего лишнего не знали. А посредники, их двое было, точно уже ничего и никому не скажут.
Ле Бурже
В этом году авиакосмический салон в парижском пригороде Ле Бурже открылся позже обычного, в конце октября. И французские власти пригласили на него советскую делегацию в самом широком смысле этого слова.
Гарантировав полную безопасность и отсутствие военно-коммерческого шпионажа.
После длительных дебатов в Министерстве авиапромышленности было решено представить в Ле Бурже пассажирский широкофюзеляжник ИЛ-86 (он хоть и эксплуатировался с 80-го года, но за рубежами СССР бывал считанные разы), самый грузоподъемный транспортник в мире на тот момент АН-124 Руслан, а также новейшие разработки военного назначения — истребитель СУ-27 и сверхзвуковой бомбардировщик с изменяемой стреловидностью крыла ТУ-22М3, но натовской классификации соответственно Блэк-джек и Бэкфайр.
И возглавил эту делегацию, как вы наверно уже и сами догадались, неутомимый Григорий Васильевич Романов.
Вообще говоря, история советского участия в салоне Ле Бурже была длинна и насчитывала по крайней мере один печальный инцидент.
