Он был молодым, шестидесятилетним, полковником второго поколения – сыном генерала-лейтенанта Громова. – На старости лет из родных домов выселяют! Будем скакать по однокомнатным клетушкам на девятых этажах. Да еще где-нибудь в районе аэропорта!
– Не паникуй раньше времени! – одернул его Дементьев. – Выселять нынче по суду положено… Хотя закон, известно, что дышло! Особенно сейчас…
– Какие суды, Борис? – поморщился Громов. – Пустят ночью красного петуха – и дело с концом! Сам на девятый этаж попросишься – все лучше, чем на улице! А без сада и огорода не проживешь, сразу в нищего превратишься…
– Пусть только сунутся! – воинственно крякнул Комарницкий и привычно распахнул поношенный пиджак, демонстрируя свой наган.
– А еще ружьецо имеется, я его картечными патронами зарядил!
– Да брось, Виталя! – Борис снова наполнил зеленоватые стаканчики. – Куда тебе против них с этой пукалкой? У них, знаешь, какие деньжищи? Таких бандитов наймут, с автоматами, гранатами, на танках приедут!
– Ну, насчет танков ты загнул… Давайте! Чтоб солнце медленней опускалось!
Борис, Виталий и Алексей выпили по второй, потом по третьей.
Самогонка, как известно, оживляет мысли. И Комарницкий ударил кулаком по столу.
– Постойте, мальчишки! У нас же тут не только отставные пердуны живут. Вон сколько особняков понатыкали. Там-то люди с деньгами, со связями. Их так просто не выселишь! Надо с ними объединяться!
Борис Андреевич задумался:
– М-да… Тоже верно. Наших новых буржуев так просто не выкинешь!
И Алексей Громов оживился.
– А чего мы тогда сидим-то? Давай к Старовскому зайдем. Он мужик солидный, у него везде завязки имеются. Наверняка, он в курсе дела!
Комарницкий опять стукнул по столу, на этот раз ладонью.
– Пошли! Петр Петрович человек нормальный…
Далеко идти не пришлось. Двухэтажный особняк из желто-красного кирпича стоял за углом. По сравнению с ним окружающие домики смотрелись халупами. Высокий бетонный забор украшали по углам симпатичные башенки под черепицей, на них крутились телекамеры, ворота с электроприводом вели в подземный гараж… По всем законам социальной психологии, владельца такого дома окружающие должны ненавидеть.
"
"Но в данном конкретном случае этого не происходило. Соседей Старовский не чурался, поддерживал добрые отношения, занимал небольшие суммы до пенсии, а в новогоднюю ночь накрывал стол прямо на улице. Друзья подошли к высокой железной калитке, Борис Андреевич нажал кнопку переговорного устройства.
