Один держал зеленый мешок.
– Нашли бабло, шеф. Не знаю, сколько тут, но прилично!
Если бы у Лиса еще оставались силы, он бы рассмеялся. Придуманная наживка материализовалась в реальные деньги. Если еще окажется, что там пять миллионов!
Зал горел.
– Забирайте убитых и раненых, уходим! – скомандовал Координатор и на прощание еще раз подмигнул Лису.
Черные тени людей в масках невидимым пунктиром прочертили территорию поместья. На этот раз ворота были распахнуты настежь, несколько машин заехали прямо на территорию.
В свете горящей сторожки было отчетливо видно, как в них грузили неподвижные тела. Напоследок взревели моторы, и вновь наступила тишина. Только лаяли вокруг растревоженные собаки, и всполошенные станичники кричали: «Пожар! Пожар!»
Лис, пошатываясь, выбрался на крыльцо. От слабости туманились мысли, дрожали колени. Он бросил измусоленный рукав и прислонился к стене. Сзади уже чувствовался жар, отчетливо трещали полы и стены. Скоро и от основного дома останется только пепел… Метавшийся в окнах огонь высвечивал трупы на асфальтовых дорожках и идеально подстриженных газонах.
Было холодно, но Лис не ощущал этого. Пахнущий рекой воздух пьянил и возвращал силы. На горизонте лениво мерцало зарево огней над ночным Тиходонском. Он был жив. Старуха с косой промахнулась. Собрав обильную жатву, она сгинула, унося души Креста, Зеваки, Крота и еще доброй дюжины уголовной шелупони. А вот подполковник Коренев на этот раз ей не понадобился…
Лис спустился по ступенькам и зашагал к воротам. Сзади из окон и дверей уже рвалось пламя, но он не оборачивался.
Через час он добрался до дома. Ключей не было, пришлось звонить. Заспанный Ребенок открыла дверь и в ужасе отшатнулась, прижав руки к подбородку.
– Что с тобой, Филя?! – Ее глаза наполнились слезами.
– Был на задержании, вот и порвал одежду… Ничего, новую купим!
– Ты к зеркалу подойди! – Катя смотрела так, как будто перед ней появился призрак.
Шаркая ногами, Лис направился к трюмо. Левая часть головы была абсолютно белой.
– Выпачкался где-то… Откуда там мука? Ума не приложу…
Он потрепал волосы, но мука не отряхивалась.
Да это была и не мука.
Седина – вот что это было.
Эпилог
Накат на Тиходонск если и не прекратился, то значительно ослаб. Три желто-красных многоэтажки построили на окраине поселка полковников, да тем дело и ограничилось. А другое дело – уголовное, в отношении Максима Викторовича Кашина, забрали в Москву, где вскоре и прекратили за недоказанностью участия в преступлениях.
