– Тогда какая же это тема? Хотите хату поставить – и это тема? Это не тема, это смех один! Батон, кого ты мне привел?
Окаменевший Батон наконец зашевелился.
– Ребята проверенные, Клоп, зуб даю! Ну а косяк упороли по молодости. Да и не знали они тебя. Сами не местные, откинулись недавно…
В подтверждение его слов две головы покаянно склонились.
– Ну ладно, – повторил Клоп. – Тогда слушай меня. Адрес есть. Хата богатая. Хозяин уедет, я буду знать. Но там замки хорошие. Как у вас с замками?
Стекло кивнул.
– Любой открою.
– И новые?
– Точняк.
– А по электрике? Сигнализация там…
Теперь кивнул Круглый.
– Я отключал, было дело. Только раз на раз не приходится. На все сто гарантий не дам.
– Хреново, – пожевал губами Клоп. И перевел взгляд на Батона.
– А ты себе прикид солидный подбери. Я тебя научу, что говорить. Выучишь наизусть.
– Какой из меня учильщик? Лучше на атасе постою. Или в хату пойду.
Тонкие губы Клопа скривились в змеиной улыбке.
– У тебя рожа внушает доверие. Ты же раньше лохов разводил у обменников.
Значит, засрать мозги умеешь… И наколок на руках нет.
Стекло и Круглый спрятали руки под стол.
– Ничего, вы в перчатках будете, – ободрил их Клоп. – Мы целый бал-маскарад разыграем. Машину для перевозки мебели одолжить можете? На два часа, с надежным водилой? Только номера поменять…
* * *Дисциплина в Речном училище когда-то была полувоенной, курсанты всегда носили флотскую форму, выходили в город строго по увольнительным, отдавали честь встречным офицерам, а за серьезные нарушения отбывали арест в гарнизонной гауптвахте.
Но теперь подобные строгости захлебнулись в мутных волнах «демократии», и даже гауптвахты ликвидировали, как нарушающие права человека.
В новые времена нарушителей вызывали «на ковер» к руководству, где драли, как Сидоровых коз, потом вывешивали приказы с выговорами, строгими выговорами и даже отчислениями, что бывало крайне редко.
Когда курсанта Кваскова вызвали к завучу, он удивился. Потому что никакой особой вины за собой не чувствовал: не прогуливал, не дрался, не пьянствовал, оценки в журнале не стирал… И все же в начальственный кабинет шел настороженно, даже немного замешкался перед дверью.
Потом постучался и вошел. Вопреки ожиданиям, на месте полненького Ивана Семеновича сидел совершенно незнакомый человек.
– Здрасте, – немного растерянно произнес Иван.
– Здравствуйте, молодой человек, – кивнул представительный худощавый мужчина в официальном костюме. – Проходите, присаживайтесь. Дело есть.
