– У нас нет оружия, – робко напомнил один солдатик.
– Значит, будешь применять спецсредство – палку резиновую! – отрезал Гнедин.
Ему нравилось командовать. Он четко представлял себе ход операции, возможные осложнения и все прочее. И, что приятнее всего, он видел себя со стороны – спортивного молодого человека с интеллигентным и в то же время жестким лицом, отдающего четкие приказы, не потеющего, не суетящегося и, в общем, прекрасно выглядящего с любого ракурса.
– Мы на месте, – доложился участковый по рации.
– Оттуда видно что-нибудь?
– Забор такой же. И заросли.
– Всё?
– Как будто да…
– Ладно. Будьте на связи.
Гнедин приказал оставшемуся с ним участковому, чтобы прикрывал сзади, а срочник следил за двором через щель в заборе. И нажал кнопку звонка.
Никто не вышел. Занавески на окнах второго этажа оставались неподвижными.
– Оставайтесь здесь, – сказал Гнедин.
Забор у соседей справа выглядел более хлипким и бедным, поэтому он направился туда. Хозяйка – румяная дама в рабочих перчатках, тяпка в руке, – показала ему двор, огороженный со стороны 40-го дома увитой виноградом сеткой.
– Как чувствовала, что этим кончится! – она бросила тяпку и тыльной стороной ладони вытерла вспотевший лоб. – Что эти орелики утворили?
– Выясняем, – коротко ответил Гнедин. – Сколько их там вообще?
– Да много… Четверо или пятеро!
– Вы общались с ними?
– Какое там общение? У них же рожи бандитские! Однажды встретила, когда они машину выгоняли на улицу, так даже не поздоровались…
– И больше не видели?
– Видела, конечно! Как их не увидеть! То в слуховое окно кто-то смотрит, то блядей приведут, те с голыми цыцками в окне торчат.
И орут друг на друга, когда нажрутся…
– Может, слышали такую кличку – Север?
Дама вытаращилась на Гнедина."
"– Да чего я только не слышала! И Север, и Мурена какая-то! А еще Хобот – этот все время яму какую-то копает!
У Гнедина подпрыгнуло сердце – но он не понял: радостно или тревожно. Четверо или пятеро матерых бандитов, вооруженных убийц.
Как их “винтить”?
– Сейчас там есть кто-то дома?
– Раз машина на месте и не открывают, значит, спят! – уверенно сказала дама. – Нажрались – и спят! Они или спят, или орут, по-другому не бывает!
– Можно к вам на чердак подняться?
Из окна чердака логово Севера было как на ладони: дом, двор, сад, гараж, а перед ним белый «мерседес»! Все в цвет! Ни души. Если спят, это, конечно, хорошо. Но верилось в это с трудом.
