А что делать?
Что?
Пока ничего не успело прийти в голову, Ниндзя взял телефон, быстро набрал Берца.
– Спишь, нет?
Сонным голосом с подвываниями Берц ответил в том смысле, что конечно же, мать твою, он уже не спит, хотя только что, мать твою, спал.
– Вот только честно, Берц: ты хочешь упиться до усрачки? А перед этим денег срубить по-взрослому?
Берц ответил в том смысле, что пошел он в задницу. То есть да. То есть однозначно.
– Тогда давай, через десять минут возле строймаркета. Где козлика нахлобучили в последний раз.
Да, Гвоздя прихвати, если хочешь. И Лопуха тоже.
Ниндзя взял на лоджии спортивную сумку через плечо, из-под мойки в кухне достал рулон пакетов для мусора. И пошел обуваться. Он очень торопился. Он ни о чем не думал. Главное – не думать. Скользить по действительности, как сноубордист на горном склоне, вопя от избытка адреналина. Обернешься, испугаешься – свернешь шею. Однозначно.
Когда он показал ружье, у Берца сразу отвалилась челюсть. Это надо было видеть.
Он даже спросил:
– Можно взять?
Хотя сроду таких вопросов никому не задавал. Он всегда и все брал, не спрашивая.
Ниндзя сказал:
– Можно. Только, блин, не урони. У тебя руки, вон, трясутся.
Берц взял расчехленную пушку бережно, почти торжественно, словно собрался присягу принимать.
– Ого, тяжелый!
– Это ж тебе не игрушка и не травмат. Это настоящее оружие!
Понюхал, заулыбался. Крутил, вертел, щелкал затвором, вздыхал и шепотом матерился."
"– Вылитый «калаш».
А патроны где?
– В магазине, где еще.
– В Гастрономе, – сострил Гвоздь.
Лопух хихикнул. Идиоты. Ниндзя показал им рожок, в который только что загнал пять патронов.
– Блин, учитесь! Вот это называется магазин. Смотрите.
Он взял у Берца винтовку, вставил рожок, передернул затвор.
– Ясно? Теперь направил, нажал курок – и человек становится трупом!
Никто не произнес ни слова. Лопух шмыгнул носом. Даже Берц, этот горлопан и подлюга, который привык считать себя пупом земли, даже он стоял, как пришибленный… Собственно, за этим Ниндзя и позвал их.
Он был доволен.
Он расставил ноги, упер приклад в плечо, медленно повел стволом поверх голов притихших товарищей.
– Машина – зверь, пацаны. Если с такого расстояния садануть, бошки посносит начисто. Мозгами все вокруг забрызгает. – Он опустил ружье. – Так что теперь весь город наш. Что будем делать, пацаны?
– Эта… Пошли на пустырь, что ли, – неуверенно сказал Гвоздь.
