И так далее…
Например, он работал в Баку по очень крупному «объекту» (крупному в смысле телосложения – мелкие в социальном плане фигуры не попадают в оптический прицел снайпера), килограммов на сто двадцать – сто пятьдесят. Боцман попал в левую глазницу с небольшого угла – и он мгновенно рухнул на спину, как будто его сбил невидимый грузовик. А в Иваново другой объект, легче раза в два, получив пулю в висок, сделал еще шага два по инерции… Так вот что они думали? Ощущали, что жизнь закончилась? Или просто провалились в небытие?
Но, по большому счету, какое это имеет значение? Человек жил и человек умер.
Работа выполнена, вопрос закрыт. Странные случаи, удивительные факты – это предмет для баек, которые так и не будут никогда рассказаны. Киллеры не делятся своими байками.
Про этих, сегодняшних, он тоже никому не расскажет…
Север не побежал. Повернулся и пошел. Обычным размеренным шагом. Не спуская глаз с его широкой спины, Лис вставил чеку на место и положил гранату в карман. Сейчас вполне можно уничтожить проблему по имени «Север»: один выстрел – и дело с концом! Но он даже не потянулся к пистолету.
Конечно, ему приходилось стрелять в людей. Но это происходило в бою, когда если не ты, то – тебя… А вот так, в спину… Здесь нужны другие качества личности…
Лис тоже развернулся и пошел к машине.
Время ожидания кончилось. Медлить было нельзя. Объекты расходились в разные стороны. Боцман припал к прицелу. Лицо Севера будто застыло, только челюсть двигалась. Жвачку он жует, что ли? Метка опять легла на уже «нагретое» место – висок.
Только теперь правый. Небольшое упреждение на движение, и палец мягко выжал спуск. Выстрел. Точнее, то ли щелчок, то ли короткий свист – непонятно что, особенно на расстоянии… Интуиция у снайпера точнее, чем приборы. Он знал, что попал, причем именно туда, куда целил. И действительно, голова «объекта» мотнулась, ноги подкосились, и он рухнул на замусоренную землю. Ни шага, ни полшага Север не сделал, только развернулся, будто хотел посмотреть – кто его убил.
На миг Боцман увидел крупным планом окаменевшее лицо того, кто только что размышлял о провалившейся «стрелке», собирался расправиться со струсившей «пристяжью», строил планы мести… Но рассматривать его было некогда: надо было закрывать вопрос со второй целью.
Лис подошел к машине, нажал кнопку пульта, с негромким сигналом отперлась водительская дверь, он открыл ее, но тут сзади раздался негромкий звук: будто птичка чирикнула… Но что-то слишком громко! Он обернулся.
