Клим успел повернуться, выставив вперед руки с открытыми ладонями, будто хотел поймать заряд. Даже что-то крикнуть успел. Но заряд не поймал, согнулся и упал, будто его разрезало пополам.
Застрекотал мотор. Король, бросив канистру, вскочил на мотоцикл, рванул с места.
Вспышка, выстрел. Сперва как будто ничего не произошло, мотоцикл даже набрал скорость – а затем вдруг врезался в бордюр и перевернулся. Вылетевшего из седла байкера швырнуло на столб с дорожным знаком.
На какое-то время стало тихо. Цифра смотрела, как мать, с упавшими до колен джинсами, словно в забытьи, мечется по заправке с ружьем, и не решалась выйти на свет – кто знает, что ей взбредет на ум.
Она сама была в каком-то ступоре. Вдруг почувствовала резь в животе: мочевой был критически переполнен. Присела прямо здесь, под деревом. Потом услышала вой. Подошла ближе. Мать стояла на коленях, тормошила распростертого на асфальте окровавленного Ящика, хлестала его по щекам. И выла, как волчица. Ружье валялось рядом.
– Живой? – осторожно спросила Цифра.
Мамочка подняла на нее остановившиеся глаза.
– Надо его в машину. Надо ехать. Скорее. Помоги!
Ящик был жив. Даже бормотал что-то. Они подхватили его под мышки, доволокли до машины и кое-как впихнули на заднее сиденье. Он стонал. У Мамочки тряслись руки. Но самообладания она не потеряла и деловито осмотрелась по сторонам.
– Заправься! – приказала. – Деньги заплачены! И пошарь у них в карманах, а я мотоциклы осмотрю!
– Сама шарь по карманам! – фыркнула Цифра.
– Твою мать! Хоть ружье забери!
Цифра подошла к убитым. У бородатого вывалились кишки, воняло дерьмом. Она заткнула пальцами нос, подняла ружье, положила в салон – назад, под ноги Ящику. Нажала рычаг заправочного пистолета, шланг упруго напрягся, и бензин гулко полился в бензобак. Она терпеливо ждала, не отводя взгляд от темной горловины. Наконец брызги стали выплескиваться наружу и поток иссяк. Она вернула шланг на место, поискала взглядом мать. Та возилась у дальнего мотоцикла.
– Хватит, поехали! – крикнула она в темноту.
– Сейчас.
Цифра села обратно в машину на переднее сиденье. Мамочка вернулась с набитой сумкой, поставила ее в багажник, села за руль, с трудом воткнула ключ зажигания.
– Богатая да?! – зло спросила она. – Или гордая? Может, руки запачкать боишься? Тут и деньги, и еда, и водка, и аптечка! И руки вот – чистые!
Мать сунула руку ей под нос. Она была не совсем чистая: указательный палец в крови.
