Антитеррор 2020

Нуру потребовалось несколько минут, чтобы понять — мальчики были неодинакового возраста — на вид от годика до пяти лет, но одной внешности.

«Кто же из них Эдик?» — мелькнула мысль. Каждый из них был его сыном и одновременно не был им. Словно копии собственного ребенка предстали сейчас перед Игроком.

— Кто это? — Нур попятился обратно, перевел ошарашенный взгляд на Никитича и увидел смену эмоций на его лице. Вначале — удивление по поводу его растерянного вида, потом раздумье и следом — улыбку понимания, перерастающую в смех.

Стальной опустился на пол, сгибаясь в поясе от хохота. Если бы не связанные руки, он наверняка стал бы хлопать ими себя по ногам и бокам.

— Дурак, вот дурак-то. Надо же так попасться! — сквозь смех и слезы выдавил он.

— Что за приступ самокритичности? — нелепое поведение Никитича привело Нура в чувство.

— Так ты ничего не понял!» Дети, где дети?» — передразнил он Игрока. Недоумение Нура словно вернуло Стальному хорошее настроение. Он порозовел, глаза его ожили. — Я-то, кретин, решил, что ты раскрыл нас.

— Мой Эдик, — жестко проговорил Нур. Он старательно делал вид, что не заметил изменений, произошедших с внешностью Стального. — И другие, которых вы взяли в заложники, чтобы сделать из них смертников.

— А нет никаких других! Тут все твои! — продолжал веселиться Никитич.

— Что ты несешь? — зло оборвал его Игрок.

— Он прав. Это все клоны твоего сына. Плоть от плоти.

Но Игрок не успел повернуться, чтобы увидеть говорившего, он почувствовал лишь короткую боль и провалился в темноту…

Он пришел в себя, лежа на все том же полу бомбоубежища. Сверху на него смотрел лысоватый крепыш среднего роста — начальник личной охраны ПэПэ по имени Пабло. Нура слегка подташнивало, голова была словно сжата в тисках. «Он ударил меня сверху», — понял Нур и снова вырубился.

Как сквозь сон, до Нура доносился голос директора «Анти-Т»:

— Это все следствие твоей жадности, Андре. Зачем нужно было взрывать мероприятие, которое сам и охраняешь? Сколько тебе заплатили, скажи честно?

— Стольник. Баксов. — Голос Никитича был тих.

— И за какие-то сто штук ты стал «крысой»?! — горько отозвался ПэПэ. — Эх, Стальной, Стальной. Ты перестал соответствовать своему прозвищу. Ты предал друзей.