Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— Такие деньги у тебя под ногами, а ты переступаешь через них, будто это палые листья.

— Листочки не мои — государственные. — Валентина потягивала из чашки кофе. — За них, сам знаешь… по одному месту надавать могут.

— Если это самое место подставлять, то конечно надают, — не возражал и Криушин. Он тоже потягивал кофе, не спешил. Разговор завел нешуточный, тут все должно быть основательно, серьезно. — Ты можешь так сделать, чтобы и волки были сыты, и овцы целы? — спрашивал Криушин.

— Ну, деталей у тебя в изоляторе тьма-тьмущая, посчитать их все невозможно…

— А… — поняла Валентина.

— Да никуда я тебя не толкаю, Валюш, — Криушин привлек ее к себе, поцеловал. — Хочу, чтобы и ты хорошо жила, и я. Мы молодые пока, надо бы себя к пенсии обеспечить.

— О-о, далеко смотришь.

Валентина встала, приглушила звук телевизора, вернулась к столу. Разговор этот ее очень занимал, хотя она ожидала другого. Ведь если она правильно поняла, Эдька пришел жениться на ней.

— Просто в компаньонки я к тебе не пойду, Криушин, — сказала она твердо. — Мне мужик в доме нужен, хозяин. Одной бабе жить несподручно.

— Одной не надо, ни к чему, — согласился он о нею. Откинувшись на диване, курил, смотрел на Валентину жадно, с наслаждением. Баба что надо — свежа, красавица, дом вон какой имеет. Многие на нее заглядываются, многие к ней клинья подбивали — Криушин это знал, — а предпочла она всем его.

Он взял ее руку, гладил, по-собачьи преданно заглядывал в лицо.

— Я вещички хоть завтра принесу, Валюш. Ты мпе мила, жить с тобою согласен. Но нищенствовать не хочу. Поэтому сразу говорю: как ты насчет листочков?

— Да листочки не проблема, Эдик, — вслух думала Валентина. — Подумает мышка, дырку в мешке найдет, — она хихикнула. — Но из деталей золото еще надо получить.

— Это найдется человек, не волнуйся. В Даниловке, пригороде, есть один мужик, Семеном зовут. Он в этих делах спец.

Не сразу решилась Валентина на этот шаг, но решилась, Криушин перешел к ней жить и каждый день заводил разговор о золоте, рисовал ей радужные перспективы: поездки на юг, покупку машины, хорошей одежды, гарнитуров в дом…

Как она тряслась, когда несла тот, первый, полиэтиленовый мешочек с деталями! Ноги подкашивались, зубы выбивали мелкую дробь, а все, кто шел с ней через проходную, казалось, смотрели на ее слегка оттопырившийся живот.