Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Это на него возлагал большие надежды Улагай. Мурат изыскивал все возможные пути переправы сестры в Турцию, рассчитывая на помощь Исмаила, который проявлял нерешительность и предпочитал получение официального разрешения на выезд матери.

— Тебе очень трудно придется, — осторожно отговаривал ее Исмаил. — Я и то не решился бы. Задержат... Что тогда?

— Меня горы укроют, сын мой, — говорила мать.

— Здесь наш дом. Куда нам отсюда?

— Я не могу оставаться в ауле одна. И тебя зовут отец и братья. Ты должен подчиниться зову старших.

— В ауле трудно, переедем в Анапу к Хораюкову. Он давно нас зовет к себе.

Не найдя поддержки у сына, Гошсох на какое-то время смирилась со своим положением, но настояла на переезде в Анапу. Хораюков принял гостей радушно, но просил Гошсох не распространяться о своих родственниках в Югославии и Турции, да и помалкивать о былом богатстве. Старуха была ворчлива и упряма, но на первых порах молчала. Правда, Исмаил замечал, что мать навещала соседку-турчанку Асю Алиевну, у которой познакомилась с греком Генерозовым.

— Добрые люди, — отозвалась как-то мать о своих новых знакомых в Анапе.

Эти слова, сказанные подчеркнуто и властно, насторожили Исмаила. Он знал, с каким трудом мать сходилась с чужими людьми.

Прояснилось все несколько позже, когда Исмаилу стало известно из разговоров соседей, что у Генерозова есть родственник в Турции. Сам грек это скрывал, но его сожительница Ася Алиевна кому-то по секрету открылась. Кроме того, у нее появлялись иногда заморские вещи, которыми она торговала.

...Работая в гостинице в Новороссийске, Меретуков редко бывал в Анапе у матери. Жил пока в гостинице с разрешения директора, хотя для Исмаила было не по карману снимать номер.

По наблюдениям со стороны, напыщенный, неразговорчивый портье как бы не замечал адыгейца — посматривал на него свысока и готов был преподать ему урок, как нужно работать в гостинице. Меретуков видел его предупредительное обхождение с гостями, умение вести себя с разными по положению людьми и в то же время исполнять с достоинством свои обязанности.

Выбрав как-то удобный момент, когда Михаил Карлович сидел у двери в своем кресле и скучал, Исмаил заговорил с ним.

— У вас нет на примете комнатки для жилья? Может, слышали — кто-нибудь сдает?

— Почему решил обратиться ко мне? — довольно сухо спросил его портье.

— Вы все время на людях, может, знаете, — робко объяснил Исмаил.

— Нет. Я один. Холостяк.

— Из Анапы. Там у меня мать живет.