Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

— А ты думаешь — он признается?

— Как спросишь, — намекнул я на тактику допроса. — Если будет отрицать...

— Будет, — прервал меня Анатолий, — это я тебе заранее говорю. Не знаешь ты Телкина.

— Тогда спроси, кто мог бы подтвердить его службу у оккупантов ездовым без винтовки... В его интересах назвать таких лиц.

Я рассчитывал на то, что Телкин, отрицая свое участие в карательных операциях против партизан в Эстонии, назовет свидетелей, которые знали его по тому периоду.

— Если упомянет Шляхину, постарайся выяснить такие частности из ее биографии, чтобы можно было ухватиться за них.

..

Коротенков обещал все сделать, как он сказал, в лучшем виде, хотя считал, что в расследовании есть куда важнее вопросы, чем эти интимные связи пособника. Он не совсем понимал значение таких мелочей, как взаимоотношения Телкина с Шляхиной. Меня же интересовало многое: по чьей инициативе произошло знакомство, действительно ли она работала на немецкой кухне и почему ей позволили связь с ним. Неясно было, почему Шляхина повисла на нем, пренебрегая офицерами.

— Ты не знаешь Телкина, — повторил Анатолий.

— Что ты имеешь в виду?

— На допросе спрашиваю: «Какое у вас образование?» Не моргнув глазом отвечает: «Высшее». А у него четыре класса. «Что окончил?» — «Институт рыбака». — «Нет такого». — «Прошу записать в протокол: высшее». Так что Телкин может наговорить все, что ему в голову взбредет. И получается правдоподобно. Тем более для какой-нибудь Шлюхиной, — намеренно исказил он фамилию.

На следующий день Коротенков рассказывал мне о новом допросе Телкина.

— По твоему совету спрашиваю: «Немецкая воинская часть, в которой вы служили, принимала участие в карательных операциях против советских партизан?» — «Ни в коем разе. Я не служил у немцев, а работал ездовым под их присмотром как пленный. Прошу записать в протокол». — «Оружие было?» — «Нет». — «Носили форму немецкого солдата?» — «Старую, потертую носил, а винтовку немцы мне не доверяли. А если бы доверили, убежал бы к партизанам». — «Можно было убежать и без винтовки».

 — «Не поверили бы. У партизан дураков нема». — «Кто может подтвердить, что вы у немцев работали ездовым и у вас не было оружия?» — «Из цивильных?» — «Конечно. Немцев, наверное, нам не найти?» — «Аня Шляхина. Я ее уже называл. Прошу допросить в качестве свидетеля». — «Где она проживает или проживала?» — «Не знаю». — «Как же ее найти, чтобы допросить?» — «С ее слов, до войны она окончила техникум, работала преподавателем физкультуры в Колпино».