Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

В приборных отделениях уточняются и передаются орудийным расчетам данные о самолете, командиры батарей отдают боевые приказы: «По самолету, холостыми, заряжай!» Лязг орудийных замков и доклады командиров орудий: «Первое орудие готово!» — «Второе готово!» — «Третье готово!» — «Четвертое готово!» — «Огонь!» — скомандует комбат. Такие учения в последнее время проводятся часто.

Я слышу в наушниках мои позывные. Дивизионная радиостанция передала «Отбой учебной тревоги». Командир отделения, прежде чем отпустить на отдых свободных от вахты краснофлотцев, построил их и объявил:

— За своевременное обнаружение самолета краснофлотцам Танчуку и Музыченко от лица службы объявляю благодарность.

— Служим Советскому Союзу! — торжественно произнесли Танчук и Музыченко.

— Отбой учебной тревоги, разойдись!

Сейчас уже ночь. И где набралось столько морзянок. Днем их было меньше. С наступлением же ночи их, как цыплят в инкубаторе, не сосчитать. Пора будить Семена Звягинцева. Ни с кем у меня не бывает столько хлопот, сколько с ним.

— Семен, вставай, на вахту пора.

Ну, думаю, надо выждать, пока человек придет в себя. Через пять минут подхожу к Звягинцеву снова. Но он уже спит так же, как спал до этого. Опять начинаю тормошить его.

— Семен, имей же совесть, уже половина второго.

Михась, если ночью его сменяет Звягинцев, поступает иначе: начинает будить за полчаса до смены, тормошит его до тех пор, пока тот не станет на ноги. Семен скривится, посмотрит на часы и скажет:

— Ну и болотная же ты зараза, Лученок.

— Дык ты ж николи своечасова не зменьваеш.

— Пошел к черту со своим «своечасова» и, пока твоя вахта, не трогай меня.

— Не, Сымон, не, дараженьки, выйди ды паглядзи на зорачки, панюхай свежага паветра, там, глядзи, и сон пройдзе.

— Вот же полесский репейник, не даст человеку отдохнуть. Ну ладно, Михась, следующий раз я разбужу тебя минут за сорок. Не обижайся потом.

— Дзивак ты, Сымон, — ответит Лученок.

С трудом, но все же удалось разбудить Звягинцева. Еще минут пять ему потребовалось для того, чтобы прийти в себя и принять дежурство. Разобрав постель, я юркнул под одеяло и тотчас заснул.

Мне показалось, что я не спал и двух часов. Раскрыв глаза, я не мог понять, в чем дело.

— Вставай, — теребил за одеяло Звягинцев. — Командир приказал тебе принести анодные батареи.