Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

 — Зачем нам артиллеристы? У нас и без них — морской порядок!

— Надо же организовать прочесывание леса, — возразил Белявин. — Диверсанты могут уйти.

— Не диверсанты, а диверсант! Один… Понимаешь — один парашютист. И никуда он теперь не уйдет…

— Как? — удивился Николай.

— Я же сказал — морской порядок! Нет уже диверсанта… Уничтожен! — Капитан, наслаждаясь удивлением лейтенанта, молодецки расправил плечи.

— Как уничтожен? Кем?

— У нас в районе народ зоркий, понимает что к чему. Шпиону, диверсанту никуда не уйти… Есть у меня в горах надежный помощник, старый лесник Григорий Пелипенко.

Герой мужик! В Отечественную — партизанил, наших разведчиков в тыл к фашистам водил. Орден за это имеет… А стрелок — редкий, птицу на лету сбивает… Вот он и подкараулил субчика. Сейчас поедем на место происшествия.

В кабинет вошел молоденький, русоволосый милиционер и доложил:

— Лошади ждут, товарищ капитан! И доктор уже там…

— Ну, вот и хорошо! — Зайченко ударил широкой ладонью по столу. — Поехали, лейтенант!

— У меня машина, товарищ капитан.

— Машина, машина, — засмеялся капитан. — На машине в наши дебри не проедешь. За хутором Хребтовым застукал парашютиста Пелипенко, в самой чащобе. Придется верхом ехать.

Они вышли на улицу, и Белявин зажмурился от яркого солнца. По широкой прямой улице станицы уже сновали люди. Старшина спал в машине. Велев ему ждать в станице, Белявин вскочил на косматую, сытую лошадку, и она бодрой иноходью понесла его по улице. Рядом с ним, неловко подскакивая в седле, трусил пожилой толстяк в соломенной шляпе.

Капитан Зайченко ехал впереди.

Сразу же за станицей начинались табачные плантации и сады, раскинувшись по пологим склонам холмов. Деревья были сплошь залиты ярким светом, и ветерок доносил пьянящий запах. Дальше вздымались горы — синие, косматые от вековых лесов. Неподалеку в садах дружно пели девушки, и эта песня словно дополняла и подчеркивала прелесть раннего весеннего утра.

Через несколько километров капитан свернул с дороги на узкую лесную тропу.

Сквозь молодую листву деревьев пробивались золотистые солнечные лучи. И листья, и трава, и крупные лесные пионы — все выглядело особенно ярким и праздничным.

— Дыши, лейтенант! — пробасил Зайченко. — У нас здесь такой воздух — не надышишься! А красота-то какая! — Капитан широким взмахом руки обвел горы и лес. — Привольный край!

Переехали вброд бурливую горную речку. Тропа круто поднималась в гору, петляя среди кустов орешника.