Анжелика и её любовь

Он объяснил, что усмешка испанца — это нервный тик, оставшийся у него после пыток, которым его подвергли ирокезы, жестокое племя, племя Длинного Дома, как их называют в этих краях из-за их вытянутых вигвамов, в которых живет сразу много семей.

Господин де Пейрак перед последним отплытием в Европу хотел было отвезти испанцев на родину. Как ни странно, они отказались. Большинство этих наемников никогда не покидали Америку. Они знали одно-единственное ремесло: отыскивать легендарные города да рубить на куски индейцев.

Анжелика оценила по достоинству юмор рассказчика.

Наконец Кроули заметил, что уже поздно, и раз все согрелись, он хотел бы показать им свои владения.

— Здесь есть четыре или пять хижин, которые можно приспособить под жилье. Come in! Come in!

Онорина схватила Анжелику за платье.

— Мне так нравится месье Кро. У него волосы такого же цвета, что у меня, и он привез меня на своей лошади.

— Да, он правда славный. Нам очень повезло, что он сразу пригласил нас в свой красивый дом.

Онорина не сразу решилась задать вопрос. Она колебалась, опасаясь ответа.

— Может, это мой отец? — спросила она наконец, обратив к Анжелике перепачканную синим рожицу с глазами, полными надежды.

— Нет, это не он, — сказала Анжелика, сама страдая от ее разочарования, как и всякий раз, когда что-нибудь задевало ее дочь.

— Ах! Какая ты злая, — прошептала Онорина.

Они вышли из дому, и Анжелика хотела показать девочке розы. Но та не давала себя отвлечь.

— Разве мы не приплыли на другой берег моря? — спросила она через минуту.

— Тогда где же мой отец? Ты ведь говорила, что на другом берегу я увижу и его, и братьев.

Анжелика не припоминала, чтобы она говорила нечто подобное, но спорить с воображением Онорины не приходилось.

— Везет Северине, — сказала девочка, топая ножкой. — У нее есть и отец, и братья, а у меня никого.

— Не надо завидовать. Это нехорошо. У Северины есть отец и братья, зато у нее нет матери. А у тебя есть.

Этот довод, видимо, поразил малышку. После минутного размышления горе ее улетучилось, и она побежала играть с друзьями.

— Вот, по-моему, прочная хижина, — говорил Кроули, постучав сапогом по сваям здания, открытого всем ветрам. — Устраивайтесь!

Примечательно, что все эти дома выстояли в непогоду, доказав тем самым свою прочность.