Анжелика Монсорье (СИ)

Медленно, слегка шатаясь, Алисдэйр поднимался с колен, всеми силами старалась не смотреть в его глаза.

- Клянусь не причинять вреда обитателям Длэрлайда,- срывающимся голосом начал правитель,- клянусь хранить и чтить творения так любимые тобой.

- И не приближаться ко мне ни под каким предлогом,- жестко закончила я.

Стон сорвался с его губ, рывок ко мне, очередная молния, не пропускающая его.

- Клянись!

- Кянусь,- отчаянный рык затравленного зверя.

- Помни и прощай!

Не дожидаясь ответа или действий, растворилась в воздухе.

Я за своей болью и ненавистью, совсем забыла о тех, кто доверял и надеялся на меня. Тех, кто без меня медленно умирал. Больше скрываться, а тем более прятаться, утопая в горечи, я не стану.

- Ликая! - рык Фриды и крупные слезы и ее глаз.

- Тише, не вставай. Я пришла выполнить свое предназначение,- немного наигранно рассмеялась.

Первыми, кому в этом мире я начала помогать, были драконы. В память о моей планете, они там тоже водились, но были разумными, в отличие от этих. Позже, я сумела изменит их сознание, поделившись собственной частичкой души, и конечно, не без помощи Хранителя Длэрлайда.

- Как вы без меня? - дрожащим голосом, спросила я, итак зная ответ.

Плохо, их численность уменьшилась в сотню раз, а без меня, драконята не могли появится на свет.

Фрида очень рисковала, когда хоть и с моей помощью раскалывала яйца.

- Фрида, нашим малышам пора иметь имя,- искренне на этот раз улыбнулась я.

Привязка любого существа к миру - это его имя. Оно и защита и оберег. И это тоже моя задача, всем драконам имена давала я и Фриде в том числе.

Когда я погибла, Фрида была со мной, в той пещере, она была маленькой, всего пятьдесят лет прошло, с момента ее рождения, но после получения имени, она наотрез отказалась оставаться с кланом и всюду следовала за мной.

Там в пещере, я поняла, что Хранитель сбережет мою душу, и я расколола ее, отделив память и боль, надеясь, что в будущем у той, что однажды возродится из пепла, будет счастливая жизнь. Будет любящий муж рядом и крепкая семья.

Осколок должен был погибнуть, но Фриде удалось заключить его в собственную слезу, малышка, уверена, ни один век залечивала раны и приходила в себя. Без отдачи жизненной силы у нее бы ничего не получилось.