Но, осмотр всех, имеющихся в столице гостиниц, ничего не дал… Нигде не была зарегистрирована постоялица с именем моей жены или её служанки…
Но это меня не остановило, ведь она могла назваться другим именем, могла заплатить, чтобы её не регистрировали или еще что…
А поэтому, я и мои люди просто в наглую, осмотрели все номера, чем вызвали бурное недовольство постояльцев. Пришлось даже выдумать сказку, что ищем сбежавшего преступника, ну не мог же я кричать во всеуслышание, что от меня сбежала жена, поймав меня в постели с любовницей???
Но и эта проверка ничего не дала.
Ни в одной из гостиниц следов моей жены не удалось обнаружить.
Опрос кучеров дилижансов тоже ничего не дал. Никто не видел двух девушек и не подвозил их никуда.
В общем, пустой след. К родителям она точно не вернулась бы, но я и эту возможность проверил… Мимо…
Была. Конечно, слабая надежда, что она каким-то образом выбралась из города и отправилась в наше родовое поместье, они же ладили с моей матерью, и я даже наведался туда, но своей жены там не нашел, а только всполошил матушку, которая сразу же заподозрила неладное…
Стала расспрашивать меня, почему я один, спрашивать об Анжелике.
Попытался отделаться общими словами, что у нас все хорошо, но матушка вцепилась в меня клещами и заявила, что раз так, то она планирует наведаться к нам погостить, дескать Есении понравилось в столице и она хочет поучаствовать в столичной жизни.
"
"В общем, этот жандарм в юбке вынудил меня во всем признаться, после чего она отвесила мне пощечину, чего никогда не делала и заявила, что я полный олух.
Ну, с этим я даже спорить не стал… Олух, как есть олух! Если не сказать похлеще…
Матушка рассказала мне, почему Анжелика решила поехать в столицу раньше, рассказала о состоявшемся между ними разговоре перед отъездом моей жены, что Анжелика призналась ей, что любит меня…
А я невольно опять представил, что она почувствовала, когда ехала ради встречи с любимым мужем, а застала его голым и в постели с другой…
Вновь захотелось увидеть Катрин и Грегора и свернуть им обоим шеи…
Матушка выпустила пар и стала размышлять трезво.
Мы с ней пытались понять, куда могла податься оскорбленная женщина, но все догадки, которые она высказывала, были мной уже проверены.
