И пока молодая и тихая жена сидит в дальнем поместье и вышивает крестиком, он очаровал баронессу Свирскую, которая славилась своей благочестивостью и строгим воспитанием. У молодой и неискушенной баронессы не было никаких шансов, и она пала очередной жертвой обаяния герцога и как стало известно из компетентных источников, вскоре подарит герцогу наследника, которого не может подарить ему законная жена. Герцога часто видят в компании баронессы и он, не скрываясь, делает ей дорогие подарки. А дальше шел снимок герцога, на котором было видно, как он заходит в ворота поместья, на котором располагался герб Свирских и рассуждения журналиста, что же теперь ждать дальше… Он даже нашел какой-то старый закон, по которому в таком случае, по желанию мужчины, брак может быть расторгнут с пустышкой-женой раньше срока, чтобы малыш мог родиться в законном браке…
Прочитав это, я обессиленно опустилась на стул секретаря, сжимая в руках газету…
Да, я знала о том, что он встречался с ней, даже видела их вместе, когда вернулась раньше времени в столицу, но, Боже, почему же сейчас, прочитав эту статью, так плохо???
Почему я чувствую себя вновь как в тот день, когда увидела своего мужа в постели с другой???
Почему прошлое не отпускает меня и настигло даже тут, в этом отдаленном уголке Империи???
Почему мое желание больше никогда не слышать об этом изменнике не может исполниться??? Я что, многого прошу у тебя, Многоликий???
Стало нечем дышать, и я попыталась расстегнуть пуговицу на воротнике блузы, но пальцы не слушались, и мелкая пуговица не поддавалась.
Тогда я просто рванула её, и она отлетела и с глухим звуком ударилась об пол.
Накатила дикая слабость, в горле пересохло, и я потянула к себе стоящий тут графин с водой. Но пальцы не слушались и графин выскользнул из рук и упал на пол, разбившись на мелкие осколки.
Сразу смолкли все голоса и в приемную выскочили двое… Кто, я уже не видела. Из-за пелены слез их силуэты были размытые, а потом я стала погружаться в темноту и, где-то вдалеке, как сквозь толщу воды, услышала испуганный голос графа Орлеанского:
— Что смотришь? Живо, лекаря! Да самого лучшего! Я тут камня на камне не оставлю, если с ней что-то случится!
А потом чьи-то руки подхватили меня и куда-то понесли…
Глава 37
Лика
Темнота…, спасительная темнота, где нет боли и разочарований… Она укутывает, даря своё тепло и защиту…
Пришла в себя резко, вдохнув что-то едкое и вонючее.
