Анжелика. Путь в Версаль

 – Не скажешь, что любовь делает его нежным.

– Однако он пользуется успехом. Никогда не проводит ночи в одиночестве.

– Еще бы! Он находит в куче арестанток хорошенькую и предлагает ей выбрать между тюрьмой и своей постелью.

– Если бы прево Парижа об этом узнал, наш капитан сильно бы пожалел…

Анжелика, вся растерзанная, поднялась. Стражники спокойно смотрели на нее. Они набивали трубки и шлепали картами по столу.

Анжелика опасливо подошла к порогу кордегардии. Никто ее не остановил.

Она оказалась в крытом пассаже улицы Сен-Лефруа, который через крепость Шатле вел на улицу Сен-Дени и мост Менял.

Прохожие обходили ее. Анжелика поняла, что свободна, и опрометью бросилась бежать.

– Эй, Маркиза Ангелов, стой! – Голос Польки остановил Анжелику, когда она уже приближалась к башне.

Анжелика обернулась и заметила девицу, прячущуюся в тени какого-то крыльца и делающую ей знаки. Она подошла.

– Ну вот, бедняжка, – вздохнула Полька, – вот и мы. Такие дела. К счастью, только что вернулся Красавчик.

– Почему ты не даешь мне пройти в Нельскую башню?

– Да потому, что там Родогон Цыган со своей бандой. Не ходи туда.

Анжелика побледнела, а Полька продолжала:

– Видела бы ты, как они нас выставили! Мы даже барахлишко не успели прихватить. Но я все-таки взяла твой сундучок и обезьянку. Они сейчас на улице Валь-д’Амур, там у Красавчика друзья, он к ним в дом своих девочек поселит.

– А мои дети? – спросила Анжелика.

– Никто не знает, что стало с Каламбреденом, – продолжала болтливая Полька. – Арестовали? Повесили? Кое-кто поговаривает, что видел, как он бросился в Сену. Может, выбрался из города…

– Плевать мне на Каламбредена, – стиснув зубы, сказала Анжелика.

Схватив Польку за плечи, она вонзила в них свои ногти:

Полька с некоторой растерянностью глянула на нее и опустила свои черные глаза:

– Я не хотела, клянусь тебе… но остальные оказались сильнее…

– Где они? – повторила Анжелика бесцветным голосом.

– Их забрал Жан Тухляк… со всеми малютками, которых сумел найти.

– Он увел их туда, в предместье Сен-Дени?

– Да. То есть он увел Флоримона. А Кантора – нет. Он сказал, что малыш слишком упитанный и он не сможет сдавать его попрошайкам.

– Что он с ним сделал?

– Он… он его продал. Да, за тридцать су… цыганам, которым нужен был ребенок, чтобы выучить на акробата.