Анжелика. Путь в Версаль

Если я правильно поняла, нам предстоит нести все расходы, нанимать новых специалистов с их детворой, расхваливать, набивать шишки, как говорится, а потом или мы разоримся, или разделим прибыль от наших усилий и нашей профессиональной тайны с теми, кто ничего не сделал, чтобы помочь нам?

– Наоборот, которые сделают все, красавица, приняв вас и не препятствуя вашему делу!

– Короче, вы требуете что-то вроде пошлины?

Молодой человек искренне старался успокоить Анжелику:

– Не забывайте, что гильдии серьезно нуждаются в деньгах.

Вам, деловой женщине, должно быть известно, что каждая новая война, победа или появление новорожденного в королевской семье или даже у принцев вынуждает нас заново покупать у короля свои с таким трудом приобретенные привилегии. Вдобавок король разоряет нас, по каждому поводу или без повода изобретая то новые налоги, то пошлины, то патенты вроде того, что вы представляете сейчас от имени господина Шайу.

– Господин Шайу – это я, – заметил поваренок. – Или, по крайней мере, мой покойный отец.

И уверяю вас, он очень дорого заплатил за свой патент!

– Вот именно, молодой человек, именно потому вы и не соответствуете нашим требованиям. Прежде всего, вы не являетесь и никогда станете бакалейным мастером, и наша гильдия не имеет к вам никакого отношения.

– Но его отец принес свою находку в вашу гильдию… – начала Анжелика.

– Тогда сначала докажите нам это за ваш счет. А потом позаботьтесь о том, чтобы мы получали прибыль от оной находки.

Анжелике казалось, что у нее сейчас расколется голова. Она тяжело вздохнула.

Прощаясь, она сказала, что подумает над тайнами купеческих учреждений, однако убеждена, что в следующий раз эти господа найдут еще один великолепный повод, чтобы помешать ей предпринять что-то новое.

На обратном пути Анжелика упрекала себя в том, что ей не хватило предусмотрительности, чтобы не показывать своего раздражения. Однако она уже поняла, что, даже улыбаясь, ничего не добилась бы от этих людей.

Одиже прав, когда говорит, что, имея разрешение от самого короля, он обойдется без покровительства гильдий, отчего ему будет только лучше.

Но он богат и имеет мощную поддержку, а Анжелика и бедный Давид безоружны перед враждебностью гильдий.

Просить покровительства у короля на этот первый патент, выданный пять лет назад, казалось Анжелике делом столь же деликатным, сколь и затруднительным.

Она принялась искать способ договориться с Одиже.