Анжелика. Путь в Версаль

Другой опорой служил Одиже, он отвечал за развитие шоколадной и лимонадной продукции. С ним тоже следовало договориться. Нельзя оттолкнуть и лишить надежды этого серьезного, отчаянно влюбленного воздыхателя. Его все возрастающая сдержанность говорила о глубине чувств. Вряд ли его удалось бы успокоить какими-нибудь любезностями. Давид ради одной ночи, когда она даст ему возможность прикоснуться к своему «божественному телу», останется ее верным рабом. Но Анжелика немного опасалась упорства зрелого мужчины, уже пережившего увлечения первой юности и никогда еще не испытавшего подлинной страсти.

Анжелика стряхнула песок с бумаги с подсчетами и снисходительно рассмеялась:

– Вот и вертись между тремя поварами, по разным причинам пылающими ко мне нежностью! Надо думать, что этому способствует профессия… От жара плиты их сердца тают, как индюшечий жир.

Вошла Жавотта, чтобы помочь ей раздеться и расчесать волосы.

– Что там за шум у двери? – спросила Анжелика.

– Не знаю. Словно крыса скребется.

Шум усилился, Анжелика пошла в прихожую и поняла, что шум шел не снизу, а от окошечка посредине. Она отодвинула занавеску и слегка вскрикнула от неожиданности, потому что через решетку тотчас просунулась черная ручонка и отчаянно потянулась к ней.

– Это Пикколо! – воскликнула Жавотта.

Анжелика отодвинула засовы, открыла дверь, и обезьянка бросилась к ней на руки.

– Что случилось? Он никогда не приходил сюда один. Можно подумать… Ну да, право слово, он порвал цепочку.

Недоумевая, она отнесла маленькое животное к себе в комнату и посадила на стол.

– О-ля-ля! – со смехом воскликнула служанка. – И в каком он виде! Одежки-то запачканы красным и прилипли. Он, верно, свалился в вино.

Анжелика продолжала гладить Пикколо и тоже заметила, что пальцы стали липкими и красными. Она их понюхала и побледнела.

– Это не вино, – возразила она, – это кровь!

Она сняла короткие штанишки и вышитый камзольчик, пропитанные кровью. Животное нервно дрожало, хотя ран не было видно.

– Пикколо, что с тобой? – вполголоса спросила Анжелика. – Объясни, дружок, что случилось?

Обезьянка смотрела на нее испуганными, широко раскрытыми глазами.