Апельсиновый сок

Но я знаю, что надолго переживу его, и мне нельзя слишком сильно к нему привязываться».

Несмотря на внешнее благополучие, жизнь Вероники по-прежнему представлялась ей серой и безрадостной.

Пожалуй, только зависть окружающих доставляла ей в те годы настоящее удовольствие. Сотрудницы постоянно шептались за ее спиной, обсуждая личную жизнь и наряды начальницы, замолкали при появлении Вероники и мечтали о ее положении в обществе.

«А вы знаете, какой ценой мне все это досталось? – хотелось ей спросить у своей научной руководительницы, каждый раз брезгливо поджимавшей губы при виде Вероники.

 – Знаете, чего мне стоила эта должность и возможность покупать дорогие вещи? Знаете, что я отдала бы все свои нынешние и будущие блага за то, чтобы провести хотя бы год – да что там год? неделю, день, час! – с человеком, которого я любила?»

Она теперь часто просыпалась по ночам и курила на кухне.

«Мне кажется, что они завидуют мне, – думала она, – поэтому и делают вид, будто дружба со мной ниже их достоинства, но вдруг это не так? Вдруг это не зависть, а настоящее презрение?»

После таких терзаний она с утроенным пылом принималась демонстрировать внешние атрибуты благополучия.

Она шила себе великолепные костюмы, а на вопросы об их происхождении загадочно отводила глаза – пусть думают, что это работа модного портного. У нее было две шубы, норковая и песцовая, а весной и осенью она носила тонкое кожаное пальто василькового цвета. Этот безжалостный цвет необыкновенно шел ей, стройной натуральной блондинке, – торжествуя, она замечала во взглядах сотрудниц особенно злобные огоньки.

Но главное – это была обувь!.. Тут Вероника просто не знала удержу. В детстве и юности ей приходилось донашивать обувь за сестрой. Надя твердо верила в то, что каблуки портят фигуру и нарушают детородную способность женщины, что нормальный мужчина воспринимает женщину на шпильках не иначе, как проститутку, и пыталась внушить эти мысли младшей сестре.

Теперь она отыгрывалась за все! Наверное, в городе не было более частого посетителя обувных магазинов, чем Вероника Смысловская.

Генерал добродушно наблюдал, как его молодая жена резвится, ежедневно меняя наряды и не реже двух раз в неделю посещая салон красоты.

Она дразнила сотрудниц дорогой импортной косметикой и специально приносила к чаю бутерброды с красной рыбой и копченой колбасой – по тем временам немыслимыми деликатесами."

"…Лишь с одной своей сотрудницей она, наверное, могла бы подружиться.