Потому группа имела все шансы продуктивно блюсти пророчества вплоть до выхода нынешних второкурсников из стен Академии пророчеств и предсказаний. Оценив доводы, семейная пара педагогов увлеченно принялась составлять для четверки блюстителей новый график совместных тренировок на обновленной полосе препятствий и в тренировочном зале.
Понятно, возражать никто не стал, даже Янка. Тяжело в учении, легко в бою, то есть в исполнении пророчеств. А исходя из того, как тяжело сегодня пришлось на занятиях, настоящая работа блюстителя должна была заключаться лишь в косом взгляде на лист пророчества, которому мгновенно, от одного этого взгляда, надлежало исполниться.
Жаль только, до светлого мига еще требовалось как-то дожить. Донская не сдержала тяжкого вздоха.
– Еще чуток! Уже почти пришли! – подбодрил напарницу неутомимый Лис, кивком головы показывая на полянку на краю лесопарка.
Однокурсники уже расположились у большого костра и радостно галдели.
Большой вертел с изрядным куском туши и шампуры помельче ждали своего превращения в «блюда, достойные самого Творца», как обещал Авзугар. Пока же народ довольствовался сыром, пирожками, овощами да фруктами. В стаканах, если верить запаху, плескался явно не сок, а что-то покрепче. Хотя оборотень громогласно, для подслушивающих недоброжелателей и завистников, утверждал обратное.
Янка отметила, как решительно Ириаль устроилась рядом с Еремилом и взяла его за руку.
Парень сидел ни жив ни мертв. Судя по тому, как он отчаянно жмурился, тряс головой и даже разок ущипнул себя за бедро, пытался сам себя убедить, что не спит и не грезит наяву. Счастливый влюбленный никак не мог поверить, что Ириаль, огрызавшаяся на него больше года и игнорировавшая все попытки ухаживаний, наконец-то сменила гнев на милость.
Напарники плюхнулись на одну из больших шкур, разбросанных по лужайке вместо ковриков, и блаженно вытянули ноги. Янка погладила короткую мягкую шерсть рыжей подстилки и тоскливо покосилась на сильное пламя.
Углей еще надо было дождаться, а кушать хотелось уже сейчас, и совсем даже не яблоко или жалкую помидорку. Этим можно было накормить только Ольсу, чей организм не принимал мяса.
Сам хозяин со смешком поднес штрафной кувшин опоздавшим. Хаг нюхнул и с удовольствием присосался, а Лис только завистливо вздохнул и попросил:
– Сочку налей, друг Авзугар.
